Книга Осень в Российской империи, страница 75 – Игорь Евдокимов, Александра Лавалье, Тимур Суворкин, и др.

По дороге им навстречу бежали люди. Завидев приближающегося мужа, ему на грудь бросилась рыдающая Анфиса.

— Что стряслось? — дрожащим от гнева и беспокойства за жену голосом спросил Демид.

— Дом занялся! — всхлипнула Анфиса. — Я велела слугам тушить, но… Им не дали! Два мужчины, что приезжали вчера днем. Они были при оружии. Приказали нам бежать, если жизнь дорога!

Демид скрипнул зубами и переглянулся со Степаном.

— Ступай в город, — приказал Золотов жене. — Мы их проучим.

— Нет, прошу, пойдем за мной! Кликнем исправника, он их найдет…

— Я сказал, ступай! — рыкнул Демид. Перечить ему Анфиса не посмела. Она обняла за плечи жену младшего брата и поспешила за разбегающимися слугами.

Демид и Степан подождали, пока они скроются из виду. Затем из леса, тяжело ступая, вышел Ефим. Ходил он все еще как человек, но при желании способен был бежать на всех четырех лапах. Тело его покрывала шелушащаяся, смахивающая на чешую кожа. На голове остались следы некогда пышных волос, превратившихся теперь в подобие паутины. Но глаза его горели свирепым огнем, а из пасти вырвался гневный рык.

— Они поплатятся, отец, — пообещал Демид. — Мы загоним их. И убьем. Только помоги выйти на след.

У самого Демида с годами также обострился нюх, но его сейчас забивала гарь от пылающего дома. Оставалось лишь надеяться на чутье Ефима, пусть и притупившееся с годами.

Зверь — мощный, свирепый, безжалостный — впервые на памяти сына показался неуверенным.

«Что произошло? Неужели он боится пришлых?»

Переступив с лапы на лапу, Ефим все-таки двинулся в сторону дома, однако не доходя свернул к кладбищу. Демид и Степан, перехватив поудобнее ружья, отправились за ним. След вывел их к склепу. Хозяин и слуга озадаченно переглянулись. Зачем пришлым лезть обратно в тоннели Зверя?

Выведя их к склепу, Ефим отступил назад. Солнце медленно начинало жечь его глаза, но его враги уже показали свою хитрость. Лезть внутрь, ожидая ловушки, не хотелось даже кровожадной твари.

Демид и Степан медленно подошли к дверям, наведя на них стволы ружей. Зверь застыл за их спинами, готовый к броску. Все трое словно одеревенели от напряжения, не в силах сдвинуться с места. Опытные охотники впервые столкнулись с добычей, которая осмелилась не просто огрызнуться, но самостоятельно забраться в их логово.

Когда нервное оцепенение достигло пика и Демид уже готов был подойти к дверям склепа, те распахнулись, выбросив на свет фигуру в знакомом по вчерашнему визиту темном пальто с замотанным шарфом лицом. Корсаков! Демид и Степан выстрелили не раздумывая. Человек в пальто комично рухнул назад, взбрыкнув ногами в воздухе.

За их спинами взвыл Зверь. Не победно, наслаждаясь гибелью противника. Горестно.

Демид удивленно обернулся, а затем, пораженный внезапным осознанием, ринулся вперед.

Вокруг упавшего растекалась лужа крови. Не красной, как положено обычному человеку. Серебряной.

Демид стянул с раненого шарф, уже зная, чье лицо увидит. Перед ним, испуская последний вздох, лежал Даниил.

— Будьте вы прокляты! — взревел Золотов. Его лицо ощерилось, а в глазах вспыхнул тот же огонь, что у Зверя. Отбросив ружье в сторону, он ринулся к дверям склепа. Степан ринулся следом, пытаясь остановить хозяина. Но не успел.

Кладбище содрогнулось, словно прямо над ним разверзлись небеса, огласив окрестности ударом грома. Вход в склеп взорвался, разбрасывая вокруг каменные осколки. Демида изломанной куклой отбросило прочь в ореоле серебряных брызг. Вырванная взрывом из кованых дверей пика пронзила Степана, пришпилив слугу, точно бабочку. Зверь устоял, припав к земле, и болезненно замотал мордой. В ушах стоял звон, из них серебристыми струйками сочилась кровь.