Книга Изгнанник, страница 227 – Женя Гравис

— Конечно! Я двадцать лет в мастерских служу. Сухой лес от сырого не отличить – это надо совсем дураком быть.

— Значит, понимали, что сумма ущерба явно завышена.

— Я не хотел! – взвыл приказчик и попытался сделать еще шаг назад, но плотно уперся в кусты. – Дмитрий Александрович, вы меня поймите, я десять лет в приказчиках, у меня жена, дети, на новый дом мне Смолин ссуду дал. Куда я пойду? Он сказал – я и написал, как было велено.

— Насколько завышена сумма?

— Я точно не скажу…

Самарин молча смотрел на Синдюкова исподлобья, и тот не выдержал.

— Почти вдвое, – прошептал он и зажал рот рукой, как будто сам ужасаясь такой невероятной арифметике. – Но только по лесу! Ну почти… Сарай старый был, но еще крепкий, инструменты там… в общем, остальное верно. Более-менее.

— Вы понимаете, что одна неверная строка может стоить Роще сотни деревьев?

— Я же не думал, что так далеко зайдет. Ну и потом – они же сами признались!

— Признание еще надо доказать. Так, Егор Никитич… – Самарин чуть отступил назад, пока приказчик окончательно не провалился в заросли лещины. – Теперь слушайте меня внимательно. Сейчас вы пойдете на службу, как и собирались, и будете работать с воодушевлением и радостью, как и планировали. Никаких разговоров о нашей встрече – ни с Платоном Борисовичем, ни с сослуживцами, ни с женой, ни с любовницей…

— У меня нет любовницы, – приглушенно пискнул приказчик из кустов.

— Прекрасно, что вы к тому же верный семьянин. Никому ни слова. И никаких исправлений документов задним числом. Если вы попытаетесь уничтожить какие-то бумаги, пойдете не как свидетель, а как соучастник. Это понятно?

— Да куда уж понятнее.

— Вот и славно. Можете идти.

Синдюков выбрался из кустов, отряхивая костюм и снова озираясь по сторонам. Отошел на несколько шагов и вдруг обернулся. В глазах его читался теперь не только испуг, но и бессильная злость.

— Вы уедете, Дмитрий Александрович, а нам тут жить.

— А КАК именно жить, Егор Никитич? Об этом вы думали?

Приказчик не ответил, лишь покрепче перехватил портфель и засеменил прочь мелкими быстрыми шагами.

Самарин же мысленно вернулся к найденной в руке жертвы пуговице, которая сейчас вместе с Глебом ехала в губернское полицейское управление. Такая предусмотрительность могла показаться излишней, но Дмитрий разумно полагал, что такой важной улике сейчас следует находиться подальше от места происшествия и от узкого круга людей, могущих оказаться причастными к ее утере.

Для начала следовало сузить круг подозреваемых до тех, кого Анна Миронова знала лично и достаточно хорошо, чтобы открыть дверь среди ночи. Для этого Самарин резонно воспользовался помощью библиотекарши.

Ева Наумовна подтвердила, что людей в форме в узком кругу Анны Васильевны не было. И все же сыщика эти слова в полной мере не удовлетворили, потому что подозрительными в нынешних обстоятельствах казались уже все.

Например, юноша Сергей Смолин, с которым Самарин столкнулся на выходе из библиотеки. Парень при виде сыщика вздрогнул, но старался держаться отстраненно, как и полагается двум людям, которые якобы никогда не разговаривали. И все же Дмитрий улучил момент, чтобы задать Сергею вопрос, от которого статус юноши в этом деле мог серьезно измениться.

И даже хорошо, что это произошло во время случайной встречи.