Книга Пять юношей квартала сайя, страница 55 – Ива Годар

— Я… я не могу.

Рика не понимала, как такое возможно. Она держала в руках простую деревяшку, но видела железо.

Впервые мечи казались ей мертвыми кусками стали, созданными лишь для того, чтобы уродовать, резать и уничтожать нечто красивое. Из них выпарилась вся магия, исчезло ощущение единения и восторга, а вот кожа Таро, его неприступное, дышащее лицо, черные линии глаз заполнили ее до краев.

— Почему? – Таро не двигался. Он ослеплял ее, но при этом стал таким же настоящим, как и она сама.

— Я не могу ранить тебя. – Она покачала головой. – Просто не могу. Все внутри противится, будто… будто я хочу убить бога.

— Тебе нравится это тело? Мое лицо? – Богатый низкий голос Таро заполнил пустое пространство додзё шероховатой волной.

Он заставлял ее говорить. Называть вещи теми словами, которые женщины обычно стеснялись произносить вслух, кутаясь в намеки. Чтобы узнать свое желание, нужно научиться его признавать, но Рика уже поняла, чего хочет, и она боялась силы притяжения, способной смять человека, словно бумагу.

— Нравится? – Она резко, странно рассмеялась. – Твое лицо – святилище. Единственная карта, которую стоит помнить. Я хочу почувствовать его изгибы и равнины, чтобы узнавать его даже во тьме, даже если во всем мире не останется ни капли света…

Рика опустила голову, собираясь с мыслями, и ощутила, как татуированные пальцы Таро касаются ее щеки. Она была воином, поэтому встретила его взгляд с отчаянной храбростью человека, который выходит против десяти тысяч.

— Меня опаляет твое лицо, Таро, – сказала она. – Я ищу его в темноте леса и в идущем дожде. Черному солнцу твоих глаз невозможно сопротивляться. Ты еще не притронулся ко мне, а я уже побеждена. Как я могу тебя ударить?

Рика опустила меч, позволяя ему выскользнуть на пол с грубым, глухим стуком. Слова ранили Таро, от них звенел воздух.

— Хочешь знать, что я думаю о твоем теле, сайя? – с вызовом спросила она. – Я бы рассказала все, но мне нечем дышать. Я брежу твоим телом, захвачена узорами на руках, каждый из которых хочу пройти губами от начала и до конца, и так тысячу раз… Хочу затеряться в твоих ресницах, узнать, что такое мужчина. Это ты надеялся услышать? Слово «нравится» кажется мне издевкой. Я изорвана, раздавлена твоей немыслимой красотой.

Лицо Таро оставалось неподвижным, но его глаза воспламенились.

Нападение было единственным доступным для Рики языком.

— Я хочу тебя. – Ее голос оставлял каллиграфию у него на сердце. – И эти чувства слишком велики для человека. Я хочу тебя, Таро, так сильно, что теряю достоинство. Но разве тебе не говорили это сотни раз? Ничто не имеет значения перед красотой сайя. Разве это честно?

Каждый из квартала мечтал услышать такие слова, но Таро не был счастлив. Его потрясало, как она бьется о него, штурмует, словно стену крепости, вместо того чтобы просто отдать, просто попросить. Призрак ползающей у его ног женщины на темной аллее стоял между ними.

Одиночество отточило чувства Рики, сделав их невероятно сильными, любовь к схваткам превратила ее в поэта, а все, что он мог ей дать, – это свое тело, свою мудрость и меч. Но разве удовлетворится ими дикая девчонка из лесов? Сможет ли она уйти, оставив его позади?

— Я зашла слишком далеко. Я снова нарушила правила?