Книга Сумрачный лес, страница 137 – Каролина Роннефельдт

— Он нас увидел! Тот волк! Вот он склоняет голову и обнажает зубы! Вот-вот спустится!

Поскольку все теперь смотрели вверх, беглецы замедлили шаг. Большой волк в небе тоже приостановился, а за ним и первые ряды его диких братьев. Предводитель волков стал собирать стаю и направлять к земле, словно по радуге. Когтистые лапы ступали по-прежнему бесшумно, но квендели уже отчетливо слышали, как звери пыхтят и рычат.

— Что же нам теперь делать?! – вскричала Гортензия.

— Беги! – крикнул в ответ Одилий.

— Дальше? Куда? – Голос Гортензии сорвался. – Выхода нет…

Не успел старик ответить, как ему показалось, что он упал. Но упал не он, а его кот Райцкер, который словно в мгновение ока ожил, выскочив из свертка на груди Одилия и рыжей искоркой вспыхнув на темном фоне каменной стены. Кот исчез в камнях, будто провалился в зловещую дыру тумана и света.

Его хозяин споткнулся, а потом бешено замахал обеими руками.

— Сюда! Здесь дыра в стене! Райцкер ее нашел… Быстро все внутрь! Если эти волки не просто тени, они не смогут нас преследовать. Здесь для них слишком узко!

— Дыра в стене, – шепотом повторил Карлман. Мысли без остановки метались в его голове.

Он первым последовал за котом, почти бросился в щель в стене, столь узкую, что в нее едва бы протиснулся старик Бозо из Квенделина. Все четверо исцарапались, пройдя сквозь стену один за другим, как кот перед ними, и последним пролез Пфиффер. Позади них послышалось грозное тяжелое дыхание. Пахнущая землей темнота окутала их, как в склепе.

Они сбежали в тот самый миг, когда бесчисленные волчьи лапы коснулись короткой травы. Теперь волки пошли вдоль живой изгороди – с ужасающим скрежетом их когти царапали камни стены в поисках входа. Квендели слышали, как звери рычат и урчат, явно наблюдая за узкой щелью, через которую им не удавалось пройти, как и рассчитывал Одилий. Все четверо чувствовали себя будто кролики в норе в пору охоты. Они оказались на волосок от гибели, но кто знал, не окажется ли неизвестное убежище смертельной ловушкой? Поэтому беглецы напряженно вслушивались в зловещие звуки, поднимавшиеся над приглушенным ревом штормового ветра. Они не видели друг друга, но каждый из них следил за входом, который темно-серой полосой чуть выделялся из темноты.

До восхода солнца было еще далеко, и перед щелью мелькали серые тени – волки принюхивались к отверстию, через которое ускользнула добыча. И вдруг в щели яростным огнем сверкнула пара ярких глаз. Гортензия и Карлман одновременно вскрикнули, потому что глаза казались такими близкими, словно огромный волк просунул к ним голову. И тут же их укрытие заполнил яростный вопль, такой громкий и грозный, что казалось, он мог обрушить стену. Заостренная морда ткнулась далеко вперед; они увидели блеск обнаженных клыков и почувствовали смрадное дыхание хищника, а его острые когти передних лап в это время бешено царапали края расщелины. Этот волк был намного сильнее остальных, но даже ему не удалось разрушить старую каменную кладку.

Кто-то из попавших в ловушку жалобно заскулил, и Гортензия изо всех сил сцепила пальцы. Квендели отступили вглубь коридора, хотя ничего не могли там разглядеть. Снова зарычал волк, и, к своему безграничному облегчению, они заметили, что волчья морда ни с чем убралась из трещины в стене.