Книга Сумрачный лес, страница 135 – Каролина Роннефельдт

— Слабое утешение, – вздохнул Биттерлинг, – особенно в сложившихся обстоятельствах.

— Лучше, чем ничего, – заключил Одилий и двинулся вперед.

В полном молчании все последовали за ним, но даже сейчас продвигались медленно. Идти вдоль стены было легко, но время от времени старик заставлял их останавливаться и проверять, нет ли где в камнях выступа или трещины, чтобы втиснуть ногу. А кроме того, требовалось найти проход в густых кустах ежевики, которая пышно венчала стену. Пару раз Карлман запрыгивал на сцепленные руки Звентибольда и пытался нащупать путь наверх. Но нигде не было и просвета в переплетении стеблей, и это наводило на мысль, что безобидная с виду живая изгородь вполне может представлять серьезную преграду для любого злоумышленника.

— Мы уже давно прошли Зеленый Лог, это точно, – наконец проворчал Биттерлинг.

Он попытался подтянуться, с яростным воплем прыгнув на стену. Отдышавшись, повис на обеих руках, но так и не нашел опору среди гладких камней и упал, как спелое яблоко, едва не оборвав рукав своего нарядного пиджака, зацепившегося за ежевичную ветку. Стараясь удержать равновесие, он попятился на несколько шагов назад и, наступив себе на брючину, неуклюже грохнулся на землю.

— Что за ребячество! – отругала его Гортензия. – Незачем реветь как бык! Что за беда! К чему так шуметь, тем более в такую ночь?..

— Ты права, – ответил Звентибольд, – но я устал рыскать, как бык по загону, и не находить ворота. Давайте лучше посидим здесь и подождем рассвета, а уж затем двинемся до Вороньей деревни. А что касается шума, заметили ли вы, что ветер снова усилился? Если на нас опять обрушится буря, я спрячусь под этой стеной, пока она не закончится. Не знаю, как вы, а я не смогу сделать и шагу.

В ответ на его слова остальные испуганно посмотрели на Сумрачный лес. Они ни о чем не забыли: слева от них на горизонте теперь была не черная полоса, а туманно-белая. Онвсе еще таился там, и они ощущали егоприсутствие всем своим существом как грозную, непреодолимую силу. Лучше всего было бы пройти мимо.

Биттерлинг не ошибся. Над лесом поднялся шелест, который быстро нарастал и становился все ближе.

— Будет дождь! Страшный дождь! – воскликнула Гортензия. – Грохочет, как у водопада. Как же мы от него защитимся? Во имя всех лесных грибов, надо наконец пробраться через эту проклятую изгородь! Здесь больше негде спрятаться…

— Подождите, там что-то еще… Разве вы не слышите? – прошептал старик Пфиффер.

Никто не смел пошевелиться, и они напряженно вслушивались, чувствуя, как в душу закрадывается новый страх.

— Помимо этого шума, раздается высокий, гулкий звук… Нет, отдельные звуки вроде воя, как если бы у ветра был не один, а тысяча голосов. Слышите? – снова спросил Одилий.

Карлман неуверенно кивнул:

— Да, но это не похоже на завывание ветра. Больше напоминает звериный вой.

Сидевший на земле Биттерлинг вскочил, будто ужаленный.

— Что ты имеешь в виду? Кто там, по-твоему, воет, если не ветер?

Заглушая бурю, все отчетливее раздавался непонятный гул – жуткий боевой клич, доносившийся вместе с ветром.

— Эти люди из пустоши, – сказала Гортензия. – Наверное, это их голоса, такие потерянные…

Никто ей не ответил, потому что в эту минуту на них обрушился такой сильный порыв ветра, что все попятились к стене, а живая изгородь зашумела и задрожала от нового натиска. Квендели встали плечом к плечу, пригнувшись и готовясь к прыжку, несмотря на усталость. Они смотрели на луг и лес в полной уверенности, что беда идет оттуда.