Книга По ту сторону тени, страница 233 – Каролина Роннефельдт

Крепче ухватив корень мандрагоры, Пирмин с изумлением уставился на узловатую фигурку.

— О чем ты, Полузуб? – спросил Звентибольд, явно догадываясь, каким будет ответ.

— Пойду с этим корешком к ткачихе, с этой самой мандрагорой, кс-с, кс-с, – проговорил давно умерший житель Звездчатки и судорожно сглотнул, отчего синий лоскут ткани выпал из дыры в его груди. Засохшая рана, коричневая и страшная, напоминала дупло в стволе умирающего дерева. Жалкий, дважды мертвый хранитель холмов словно оживал на глазах у квенделей, собираясь с силами, которых почти не осталось за бесконечные годы в потустороннем мире.

— Позволишь ли ты мне забрать мандрагору? – умоляюще спросил он Кремплинга, и его глаза вспыхнули на страшном, искалеченном лице. – Теперь корень не годится ни для кого из живых, просто отдай его мне! Помнишь, малыш, как он говорил: «Дай руку в залог»? – спросил Полузуб у Блоди, стоявшего рядом с отцом и с жалостью смотревшего на странное существо, которое теперь говорило словами и интонациями Элиаса. – «Око за око, обмен за обмен» и прочие ужасы, которые он, должно быть, нашептывал тебе, – уже своим голосом, не пытаясь подражать болотному призраку, сказал Полузуб. – Забудь об этом, сынок, ты свободен. Бедняга Элиас, экая неудача! А вот мне, Полузубу, у которого кости едва держатся вместе, а тело почти превратилось в пыль, эта мандрагора еще сгодится как плата за дорогу в царство вечности, если я хорошенько попрошу госпожу Холле пропустить меня, кс-с, кс-с.

— Папа, пожалуйста, отдай ему корень, – прошептал Блоди, неотрывно глядя на Полузуба.

— Да конечно, отдам, разве могу я отказать старому земляку? – пылко проговорил Пирмин. – Особенно такому.

Кремплинг вложил тощее корневище в такую же тощую клешню, которую уже давно с нетерпением протягивал к нему Полузуб. Костлявые пальцы с хрустом сомкнулись вокруг мандрагоры, и вдруг послышался странный звук, будто ветки сами собой завязались в узел.

Клянусь Эстигеном Трутовиком, да, тем самым, – потомки его друзей и соседей не могли сдержать слез. Они окружили знаменитого предка в извечной благодарности холмогорцев, и Траутман дружески лизнул ему руку на прощание. Кошки тоже вылезли из своих укрытий и теперь кружили вокруг шатких ног Полузуба, в которых чудом сохранилось достаточно сил, чтобы благополучно донести его до дома ткачихи, а быть может, и гораздо дальше.

Воины народа хульдов молча смотрели на маленький отряд квенделей, дивясь чувствительной натуре жителей холмов и желая сохранить эту картину в своих сердцах.

В убежище Полузуба друзья остались лишь для того, чтобы заново собрать походные мешки и уладить кое-какие дела перед выступлением в путь. Гундомар и Гландифер объяснили десяти подопечным, что ждет их до конца ночи. Они были полны решимости добраться до пещеры к рассвету, однако подниматься в горы по неровным заснеженным тропам, да еще и в темноте, – непросто, а значит, неопытным путникам потребуется не один час.

Первым делом воины-хульды потребовали, чтобы на серебряной печке снова вскипятили воду. Хозяин был готов помочь и оказать гостям последнюю услугу. Он схватил котелок Гортензии, выскочил за порог и вернулся с охапкой снега. Полузуб явно развеселился, шипел, гоготал, кричал сойкой и даже заявил, что хотя ночь и не лунная, но для прогулок подходит как нельзя лучше.