Книга Константин. Адмирал Великого океана, страница 21 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Говори. Ты получишь все, что только в человеческих силах…

— Мне нужна абсолютная власть в тамошних землях.

— Но ведь ты и так будешь наместником, — удивился брат. — Под твоим началом будут все дислоцированные на Дальнем Востоке войска и вообще….

— Это, разумеется, прекрасно, хотя сомневаюсь, что все эти силы составят хотя бы одну счетную дивизию. Но дело в другом, мне нужно право заключать и расторгать международные договоры. Те, разумеется, что непосредственно касаются тамошних земель. Причем не только с туземными государствами вроде Китая, Японии или Гавайи, но с Северо-Американскими штатами, Компанией Гудзонова Залива или Великобританией.

— Горчаков будет против, — задумчиво заметил император.

— Далее, мне почти наверняка придется изменять или даже вовсе дезавуировать принятые предыдущими правительствами законы, — продолжил излагать свою мысль я. — Речь опять-таки о тех, что касаются управления этим краем и взаимоотношений с туземцами.

— Но зачем? — искренне удивился Александр.

— Затем, что, находясь в Петербурге, мы просто не можем представить себе всего, что происходит на наших дальних рубежах. Поэтому сразу по прибытию мне придется действовать, не оглядываясь при этом на столичную бюрократию.

— Знаешь, попроси меня о таком кто-нибудь другой, — нахмурился брат, который, как и всякий абсолютный монарх, совершенно не желал делиться с кем-нибудь властью, — я бы его и слушать не стал. А как долго, по твоему мнению, должен будет действовать подобный порядок?

— Как минимум до той поры, пока на Дальний Восток не проведут телеграф.

— Ну, это немного, — облегченно вздохнул Саша. — Полагаю, это возможно. По крайней мере, в Восточной части Сибирского генерал-губернаторства и Аляске. Кстати, а почему ты столь настойчиво уклоняешься от обсуждения дел Российско-Американской компании?

— А что ее обсуждать? Саша, пойми меня правильно. РАК в существующем виде не более чем синекура для окопавшихся в ее правлении чиновников. Да, они ведут какую-то деятельность и даже зарабатывают прибыль, но это, поверь мне, совершеннейший мизер на фоне тех богатств, которые оказались в их руках.

— Знаешь, Костя, — задумчиво заметил брат. — Мне тут недавно, как бы невзначай, предложили подумать… только подумать…

— О продаже наших владений в Америке?

— Да. А как ты… хотя понимаю, к тебе тоже приходили с подобными предложениями.

— Конечно.

— И что ты обо всем этом думаешь?

— Что эта идея, по меньшей мере, преждевременна.

— Вот как? Послушай, тебе ведь известно, что там есть золото? Скажи, пожалуйста, сможем ли мы защитить наши владения, если какая-нибудь великая держава пожелает вдруг их отнять?

— «Какая-нибудь великая держава»? — процитировал я брата. — Послушай, есть всего два государства, способных сделать это. Северо-Американские штаты и Великобритания. Но все дело в том, что ни одна, ни другая делать этого не станут.

— Почему?

— Понимаешь, в чем дело. Они не столько хотят отобрать у нас эту территорию, сколько опасаются, что это сделает другой. Англичане боятся, что Канада окажется в тисках между владений их бывшей колонии. Американцы же не желают приращения земель бывшей метрополии.

— Ты полагаешь, что эта вражда поможет нам удержать Аляску?

— Ну не только. Если Британия решится на агрессию, мы всегда сможем уязвить ее в другом месте.