Книга Константин. Восточный фронтир Империи, страница 71 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Дык я ж не дурак, чтобы спрашивать, — ухмыльнулся явно забавлявшийся казачий генерал. — Мое дело маленькое. Скомандует Константин Николаевич: «Марш-марш» [1], мы и поскачем!

— И куда же?

— А куда скажет! Я так понимаю, на полдень [2] идти надо? В Маньчжурию, Корею, али еще куда?

— Там видно будет. Но начнем с Приморья.

— От и ладно.

— А в самом деле, — задумался сумевший взять себя в руки и немного успокоиться Муравьев. — Каковы могут быть максимальные и минимальные притязания Российской империи? Я, признаться, до вашего прибытия считал за благо присоединить к нашему отечеству Приморье, но теперь даже немного теряюсь.

— Ох и вопросы у тебя, Николай Николаевич, на ночь глядя. Хотя, по сути, ты прав, надо определиться, чтобы точно знать, что мы проглотить сможем, а что даже не стоит пытаться, чтоб не подавиться ненароком. Ну смотри, Приморье и Сахалин с Южными Курилами — это, пожалуй, минимум и есть. Соглашаться на меньшее даже как-то неприлично. А вот дальше… Во-первых, нам нужны удобные порты. Они есть и в Корее, и в Китае, вопрос лишь что именно выбрать, пока они слабы. Во-вторых, земля. Россия, как ни крути — страна аграрная. И чтобы колонизировать какую-то территорию, нам нужно поселить на ней крестьян. Да-да, Пётр Федорович, обычных мужиков, которых твои станичники иной раз и за людей не считают.

— Ну это вы хватили, — выпустил кольцо дыма генерал. — Гордятся мои ребятки, это бывает, а вот чтобы эдак…

— А поскольку почва и климат здесь несколько отличаются от того, к чему привыкли наши земледельцы, — не обращая внимания на его бурчание, продолжил я, — стоит присмотреться к землям южнее. То есть к Маньчжурии или даже Корее.

— Китайцы с корейцами поди против будут?

— В том-то и дело, что сейчас правительство богдыхана находится в такой сложной ситуации, что просто не сможет чем-либо ответить. С одной стороны, за них всерьез взялись англичане с французами. С другой, не утихает восстание тайпинов.

— Это еще что за бисовы дети?

— Да так. Что-то среднее между религиозными сектантами и бандитами с большой дороги, почему-то решившими, что смогут построить Царство Божие на земле.

— Тю, дурни!

— Дурни не дурни, а добрую половину Южного Китая заняли, — заметил Муравьев. — И подавить их Цинские власти не могут.

— Тогда и рассуждать нечего. Коли в этой самой Маньчжурии землица и впрямь добрая, так надо брать ее и вся недолга!

— Если бы это было так просто, — фыркнул губернатор. — Во-первых, для Цинской династии — это родина. Их коренные земли с могилами предков, отдать которые просто невозможно! Во-вторых, нам, во всяком случае пока, некем эту землю заселить!

— Нешто в России мужиков не стало?

— Но их надо еще сюда доставить! — едва не взорвался Муравьев.

— А вот это с его высочества спрашивайте. Ни в жизнь не поверю, что он не придумал, как сюда мужичков заманить.

— Придумал, не сомневайтесь, — усмехнулся я. — Но об этом завтра. Поздно уже, спать пора. Как там, кстати, мой наследник?

— Дрыхнет без задних ног, — тихо ответил умевший оставаться совершенно незамеченным Воробьев.

— Не сочтите мои слова дерзостью, но отчего вы стали делиться своими планами с таким человеком? — с толикой ревности в голосе поинтересовался Муравьев, когда мы остались одни. — Нет, я признаю, за генералом Тацыной множество достоинств. Он, вероятно, прекрасный исполнитель, но…