Книга Константин. Восточный фронтир Империи, страница 134 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Прежний сегун, высокочтимый господин Иэсада, — оскалился японский министр, — скончался, и его приемником стал молодой господин Есинобу.

— Передайте мои соболезнования родным прежнего правителя, скорблю о том, что так и не успел встретиться с ним лично. Кстати, а что по этому поводу думает император?

— Комэй объявлен недееспособным. Поэтому договор с вашим высочеством подпишет сегун.

— Вот значит как… Могу ли я рассчитывать на личную встречу с господином Есинобу?

— Можете! — неожиданно заявил на не слишком хорошем французском языке один из сопровождавших Хотта самураев и стащил с головы шлем и прикрывающую лицо маску. — Я — Токугава Есинобу!

[1] Родзю — обычно переводимое как «старейшина», было одной из высших государственных должностей при сёгунате Токугава в период Эдо в Японии. Член Совета старейшин. Родзю обычно назначались из числа фудай-даймё с владениями от 25 000 до 50 000 коку.

[2] В нашей истории Токугава Есинобу стал последим сегуном, только только в 1867 году, несмотря на то, что имел все шансы получить власть девятью годами ранее после смерти Токугава Иэсада в 1858.

Каждую пятницу князь Александр Михайлович Горчаков покидал Петербург, чтобы отправиться в Царское Село и сделать личный доклад его императорскому величеству о состоянии дел в международной политике, а заодно о разных мелких происшествиях, случавшихся при иностранных дворах, о которых он благодаря дипломатической почте узнавал первым. Его августейший тезка очень любил такие рассказы и всегда с удовольствием их выслушивал, чтобы потом, уже от своего имени, пересказать домашним и приближенным.

Впрочем, осень 1857 года выдалась не слишком богатой на скандалы. Разве что славящаяся своим распутством испанская королева Изабелла после нескольких неудачных родов разрешилась от бремени инфантом Альфонсом, которого злые языки по имени предполагаемого отца тут же прозвали «Пучмольтехо» [1]. Однако не имевший родственников среди испанских Бурбонов Александр не слишком заинтересовался этой новостью.

— Скажи лучше, что творится на Дальнем Востоке?

— Ваше величество подобрали весьма подходящее слово, — вздохнул министр. — Именно что «творится».

— Англичане с французами завоевали Китай?

— Покуда нет, да и с их ограниченными силами сие вряд ли возможно, все же Поднебесная Империя слишком обширна, чтобы завоевать ее полностью. Но самые шокирующие известия теперь приходят не из Китая.

— Неужели Костя опять совершил что-нибудь сногсшибательное? — ухмыльнулся в бакенбарды царь.

— Увы, да. Политика, которую столь упорно и самовластно проводит великий князь Константин, и впрямь может поставить весь мировой баланс сил с ног на голову и настроить против нас великие державы.

— Даже так?

— Ну, разумеется. Неужели вы думаете, что постоянные захваты все новых островов никак не скажутся на международных отношениях?

— Сколько я помню, он предупреждал перед отъездом, что будет действовать подобным образом, и в тот момент ты не возражал…

— Тогда речь шла только о Сахалине и Приморье! Но теперь он захватил Цусиму и Эдзо с городом Хакодате, вышвырнув оттуда японцев!

— Остров Русский и Александровская Гавань, — поправил царь, которому явно польстили данные братом названия.

— Конечно, — согласился Горчаков. — Однако теперь, чтобы Великие державы признали эту аннексию, нам придется пойти на уступки в другом месте. В связи с чем может статься так, что размеры потерь превысят приобретенное!