Книга Стрелок: Митральезы для Белого генерала. Несостоявшийся граф, страница 331 – Иван Оченков

— Будешь скулить, рядом подвешу! – посулил ей любовник.

— Господь с тобой, Тиша, – отшатнулась от него Лаура. – Да разве ж я со зла? Я так, по дурости бабской.

— Бежать вам надо, – снова подал голос Будищев. – Тогда, может, и не найдут. Только двоим, без этих придурков.

— Ты опять?! – угрожающе воскликнул Щербатый.

— Только для побега денежки нужны, – продолжал, невзирая на опасность, Дмитрий. – Вот тут бы я мог помочь.

— Откупиться хочешь? – заинтересовался уголовник.

— Почему бы и нет? Деньги – дело наживное, а вот лишняя дырка в башке никак не лечится.

— Это верно, – нервно хохотнул Тихон. – И много ли у тебя богатств?

— Да не так чтобы, – сплюнул кровь моряк. – На всех точно не хватит, а вот вы двое могли бы неплохо устроиться.

— Далась тебе эта шалава, – алчно сверкнул глазами бандит. – Ты главное мне скажи, где их взять?

— Бумажник мой подай, в нем отделение потайное, в нем план. Да развяжи руки, там хитрый замок, можешь и не сладить.

— Ничего, разберемся. Где говоришь, отделение-то?

— Рычажок потяни, да не сильно, сломаешь еще. А вещь хорошая, нужная…

Заинтригованный Щербатый сделал, как ему сказали, приведя в движение хитрый механизм, после чего негромко хлопнул выстрел, и маленький кусочек свинца хлестнул его по ладони.

— Ах, ты ж твою мать! – завопил Тихон, зажимая пострадавшую руку, и с ненавистью посмотрел на пленника. – Шутки шутить вздумал, офицерик? Да я тебя сейчас на ремни порежу!

— Сначала руку подлечи, – издевательски ответил ему Будищев. – Жаль, конечно, что не в глаз, но и так неплохо. Во всяком случае, в карты тебе больше не играть!

— Убью, гнида!

— Охолони! – раздался от двери чей-то уверенный голос.

Все присутствующие невольно обернулись и увидели Шматова с окровавленным топором в руке. Опомнившийся первым главарь перестал нянчить руку и, схватив со стола нож, приставил лезвие к горлу пленника.

— Брось топор, – потребовал он. – Не то я твоему барину кровь пущу!

— Ты это, не вздумай! – остановился Федор.

— Федя, не тормози! – скрипнул зубами подпоручик. – Заруби гада!

— Молчи! – взвизгнул Тихон. – Как бог свят, зарежу!

— Тише-тише, – успокаивающе проговорил бывший ефрейтор и бросил свое оружие на грязный пол.

На лице Щербатого появилась торжествующая ухмылка, но в этот момент Лаура, за которой никто не следил, схватила со стола тяжелый штоф из мутно-зеленого стекла и с силой опустила его на голову своего любовника. Одного удара, чтобы оглушить такого бугая, конечно, было недостаточно, но к нему уже подскочил Шматов и от всей души добавил кулаком. Как видно, к такому его жизнь не готовила, а потому бедолага отлетел в сторону, где и затих.

— И на хрена я тебе «галан» подарил? – вздохнул Будищев.

— Так вот он, – во весь рот ухмыльнулся парень и показал другу оружие.

— Охренеть! – прошептал Дмитрий и обессиленно уронил голову.

Испугавшийся Шматов вместе с Лаурой бросились снимать его с импровизированной дыбы, затем женщина вытерла платком окровавленное лицо, а Федя влил в горло немного водки, остававшейся в стакане.

— Офигеть, ты доктор! – еле выговорил моряк, когда прокашлялся от горького снадобья.

— Живой! – облегченно вздохнул приятель.

— Помогите мне одеться, и надо отсюда сваливать.

— А что с этим?

— На мое место прицепите. Пусть повисит, подумает о бренности земного бытия.