Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 57 – Лоис МакМастер Буджолд

Правда?.. Пен отогнал неприглядное видение.

— Как давно в форте начали появляться больные лошади? – спросил он конюха.

Тот задумчиво прищурился.

— Месяц назад? Два? Не больше двух.

Значит, за несколько дней до первой вспышки.

— Откуда они взялись?

— Ну, эти, – конюх ткнул большим пальцем в трясущегося пони, – прибыли вместе с военной добычей из Грабьята. Но, похоже, этим болеют все лошади. И пока один мул.

— Волы? Другие животные?

— Нет, насколько мне известно. Только лошади. Капитан кавалерии просто в ярости.

— И никто не додумался сообщить мастеру Оридесу или мастеру Реде?

Конюх удивился.

— Они не лечат лошадей.

— Их привезли из Грабьята по западной дороге? – Мимо приграничного городка и форта, который также сообщал о вспышке синюшной лихорадки? С большой вероятностью живым трофеям дали отдохнуть в форте, прежде чем отправлять в путешествие через все герцогство.

— А как еще? Никто не стал бы везти их морем вокруг всего Седонийского полуострова.

— Куда вы изолируете – отселяете – больных лошадей?

— Вверх по дороге, – кучер ткнул пальцем выше по течению, – на самое дальнее пастбище, за перелеском.

— Я должен на них взглянуть. – Пен повернулся, затем повернулся снова. – Не отдавайте эту лошадь дубильщикам. Ее нужно закопать в целости и сохранности подальше от людей, так глубоко, чтобы не достали собаки. Никто не должен касаться ее крови… Возможно, я смогу вернуться и убить ее бескровно к тому времени, как вы соберете людей и выкопаете где-нибудь яму.

— Никто не станет делать это по моему слову! – воскликнул кучер, ошеломленный резкостью Пена.

— Не по вашему. Скажите капитану кавалерии, что это приказ Просвещенного Пенрика. – О том, что Пенрик не входил в цепочку командования, следовало умолчать. – Позже я вернусь и все объясню Аделису. И всем прочим. Если смогу доказать то, что думаю.

Когда он вновь повернулся к дороге, Дез простонала: Пен, пожалуйста.

О, конечно. Он махнул в сторону бычка, и тот рухнул замертво. Дез облегченно выдохнула.

Потом Пен побежал.

* * *

Пен шагал, и трусил, и не останавливался, пока не добрался до дальнего пастбища, которое оказалось в целых двух милях по дороге. Опершись на ворота, он отдышался, изучая его обитателей. Лошадиный эквивалент госпиталя, как предположил Пен.

Около дюжины несчастных лошадей и один мул бесцельно бродили по пастбищу или стояли, опустив голову, но не щипали траву. Один мерин лежал на боку, явно при последнем издыхании. Пен вошел и принялся высматривать странных синих мух.

Обычные слепни предпочитали роиться во влажных местах, где выводили потомство, вызывая омерзение у всех, кто с ними сталкивался. Если один слепень был неприятным, дюжины крупных жужжащих тварей, обрушивающихся на вас, были в дюжины раз хуже. На несколько минут Пен засомневался, уж не спятил ли окончательно с этой теорией, но потом начал замечать синих чужаков, которые поодиночке, скрытно цеплялись к брюху лошадей или прятались в складках их зада. За несколько минут Пен отыскал и убил целую пригоршню. Он вытащил часть ткани из пояса, чтобы сделать импровизированный карман, и осторожно сложил слепней внутрь.

Затем он велел Дез убить всех мух и паразитов любого вида на пастбище и выбрал наименее больную лошадь, черную кобылу, которая здоровой должна была быть весьма красивой. Пен влил в кобылу такой заряд восходящий магии, какой только смогла обеспечить Дез. Лошадь фыркнула и попятилась, но, к счастью, не свалилась замертво от сердечного приступа. Пен сбросил хаос в умирающего мерина, ускорив его кончину. Применив сильное шаманское внушение и заставив кобылу подчиниться – за что впоследствии он расплатится носовым кровотечением, – Пен вытолкал ее за ворота и вскарабкался ей на спину, использовав ограду в качестве импровизированной подставки. Он схватил кобылу за гриву и ударил пятками в бока, без седла и поводьев, пустив ее галопом по дороге.