Книга На краю Земли, страница 55 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

Ратмир неловко усмехнулся.

— Страшно.

Зато честно, и я его даже не осуждал. Заброшенные места всегда давят на нервы, а когда двадцать семей исчезли без единого объяснения — тем более.

Я сделал несколько шагов по дороге. «Чуткий ветер» молчал, но это означало только одно: в ближайших нескольких метрах от меня ничего крупного не двигалось, не больше.

— Не расслабляться, — предупредил я людей. — Тишина — не значит безопасность.

Виктор кивнул.

— Как работаем?

Я оглядел улицу. Разделять отряд на три части и отпускать людей куда глаза глядят мне сразу расхотелось.

— Две группы. Ты берёшь левую сторону, Анатолий правую. Идёте параллельно, друг друга из виду не теряете. По три-четыре дома за раз, потом ждёте соседнюю группу.

Я указал на себя.

— Я с проводниками и двумя бойцами осмотрю дальнюю часть улицы. В одиночку никто не ходит, если крикнули — все останавливаются.

— А погреба? — уточнил Анатолий.

— Пока не трогать.

— Даже если там вино? — вскинул брови десятник

— Особенно если там вино, — ответил я со вздохом.

— Жестокий вы человек.

Несколько бойцов усмехнулись.

— Всё найденное сначала описываем и складываем под тот навес в центре, что ближе к дороге. Не тащим всё подряд, инструмент, соль, семена, железо — в первую очередь.

— Понял, — коротко ответил Виктор.

— Вопросы?

Молодой лучник поднял руку.

— А если человека найдём?

— Не бросаешься к нему обниматься, а зовёшь меня.

— Понял, — кивнул молодой.

— Тогда начали.

Отряд разделился. Группы двигались по обеим сторонам улицы примерно на одном уровне, так что я постоянно слышал голоса своих людей.

Мы со Степаном, Ратмиром и двумя мечниками пошли дальше.

Трава хлестала по сапогам, порой сплеталась и мешала идти. Под ней местами сохранилась старая колея.

— Не похоже, что здесь дрались, — первым нарушил молчание Степан.

Я посмотрел на него.

— Почему?

Охотник указал на ближайший дом.

— Дверь целая, вон там ставни закрыты, забор целый стоит, — он оглядел улицу. — Я видел деревню после лихих людей, ваше сиятельство, там всё иначе. Двери выбиты, сундуки вывернуты, кровь. Даже если зверьё людей перебило, тоже должен след остаться.

— Если тела потом растащили?

— Кости какие-нибудь были бы.

Да, логично.

Ратмир заглянул в ближайший двор и мгновенно остановился.

— Опять то же самое.

— Что?

— Идите.

Мы вошли. На колоде возле крыльца остался топор. Не валялся, именно был воткнут в дерево. Топорище потемнело от дождей, но всё ещё выглядело крепким.

Дверь дома оказалась незапертой. Я вошёл первым, один мечник сразу за мной. В нос ударил запах пыли и старого дерева. На столе стояли миски, деревянная кружка, на краю — нож, на лавке лежала сложенная рубаха.

Толстый слой пыли покрывал всё, но следов борьбы действительно не было — ни опрокинутой мебели, ни засохшей крови, ни оружия. Просто люди однажды вышли и не вернулись. В памяти неожиданно всплыло старое телевизионное изображение Припяти: пустые дома, брошенные вещи. Ощущение, что хозяева только ненадолго ушли. И эта мысль мне совершенно не понравилась.

— Ничего не трогаем пока, — произнёс я. — Дальше.

В следующих домах повторялось почти то же самое. Где-то дверь была закрыта, где-то распахнута. В одном доме на столе стоял почерневший от времени глиняный горшок, в другом в печи лежали давно истлевшие дрова, скорее зола. В третьем мы обнаружили детскую деревянную игрушку — лошадку, покрытую пылью, но людей — никаких.