Книга Ненужная княгиня 2, страница 3 – Алина Углицкая, Елизавета Соболянская

Тогда будет ясно, что один из нас врет! А врать королям, даже таких крошечных государств, опасно для здоровья!

Я с трудом скрывала нервозность, но не смогла сдержать радостный вскрик, когда за окном кареты показались знакомые стены.

Похоже, похитители не успели увезти меня далеко, хотя тогда мне казалось, будто я целый час неслась в той повозке, прежде чем сумела выломать дверь.

Не успела карета остановиться, я была уже на ногах. Еле удержалась, чтобы не вылететь на улицу, оттолкнув короля. Пришлось ждать, нетерпеливо сжимая зубы, пока ехавшие на запятках лакеи откроют дверь, пока выйдет сам Оттон, глянет по сторонам, повернется и подаст мне руку.

Как же все это мучительно долго!

Но мое терпение было вознаграждено. У ворот храма стража вязала стонущих "турков", с которых уже сорвали тюрбаны. Светлые волосы похитителей недвусмысленно намекали на европейское происхождение. А злые голубые глаза, сверкавшие из-под раскрашенных углем бровей, только подтверждали эту догадку.

Рядом со стражей стоял Мещерский. Он что-то говорил одному из стражников в синем мундире и держался за перевязанное плечо.

— Ста... Всеволод! — я бросилась к нему, в последний момент чудом вспомнив нужное имя. — Всеволод! О, как я переживала за вас!

Увидев меня, он на секунду оцепенел, но тут же шагнул навстречу.

— Ма... Марцелина!

— Живой! — с выдохом, полным несказанного облегчения, я упала ему на грудь.

И плевать, что на нас смотрели.

В тот миг мне было не до приличий. Я испытывала ни с чем не сравнимое счастье от того, что могла у всех на глазах прижаться к этому человеку, почувствовать, как неровно бьется его сердце и заглянуть в его глаза. Серые, всегда такие раздражающе спокойные, они сейчас были полны неподдельной тревоги и радости.

— Марцелина, ты не ранена? — он схватил меня в охапку и начал ощупывать. — Они ничего тебе не сделали?

— Ой, — вскрикнула я. — Кажется, у меня синяки.

— Прости...

Объятия тут же разжались, а я с ужасом увидела, как на повязке Станислава выступает кровь.

— Ты сам ранен!

— Ерунда, это царапина...

Оторвав взгляд от меня, Мещерский посмотрел поверх моей головы и тут же почтительно склонил голову:

— Ваше величество...

— Герр Крушинский, — Оттон, не мешавший нашему воссоединению, наконец напомнил о себе, — вам следовало бы получше присматривать за женой.

Станислав помрачнел и перешел на немецкий:

— Так точно, ваше величество! — щелкнул он каблуками, — примите мою величайшую благодарность! Красота моей супруги не дает покоя местным беям.

— Как мужчина я понимаю их, — сдержанно улыбнулся король Греции. — Но, похоже, в этот раз ее пытались похитить не турки.

Он кивнул в сторону арестантов, которых стража поставила на колени.

Я почувствовала, как напрягся Мещерский.

— Один из них — датский подданный, — продолжил Оттон, не сводя с нас внимательного взгляда. — Еще двое — баварцы. Остальные — наемники из мелких немецких княжеств. Неприятно, конечно, что мои соотечественники участвовали в подобном безобразии. Я просто обязан загладить их вину, поэтому приглашаю вас в мою резиденцию.

— Что вы, ваше величество, — произнес Станислав, одергивая кунтуш, в котором сегодня отправился на прогулку. — Мы не имеем претензий...

— Нет-нет, — тот махнул рукой, — я не приму отказа. К тому же этот вопиющий инцидент случился на моей территории. Как правитель Греции я просто обязан сделать все, что в моих силах, чтобы компенсировать ваши волнения. К тому же вы ранены и нуждаетесь в помощи врача, а ваша супруга сильно ударилась.