Книга Найду тебя. Часть 1, страница 92 – Маша Малиновская

Спасибо, однажды я уже нарядилась. Так то был светский приём, хоть и мафиозный. А сейчас мы едем в клуб, где, уверена, Вяземский будет пить алкоголь. Чем всё это может закончиться — только Богу известно.

Но в клубе у меня есть хотя бы возможность сбежать от него в случае притязаний. Уже что-то.

Через сорок минут гонки по вечернему городу, Кирилл тормозит машину у неприметного, и даже как будто обшарпанного здания. Просто большой, высотой примерно с трехэтажный дом, серый бетонный коробок, расписанный граффити и разными надписями не сильно цензурного характера.

— Это… и есть клуб? — выгибаю удивлённо бровь, когда мы выходим из машины.

На улице толпится огромная толпа народу. Девушки, парни — кто-то одет просто, как я, кто-то при всём параде, а парад этот уж очень разный. Кто во что гаразд — от рокерской классики в виде кожаных штанов и косухи, до ярких кислотных костюмов.

— Ты не шаришь, детка, — насмешливо кривится Герман, а я давлю внезапное неудержимое желание плюнуть ему в рожу. — Это элитное место. Сюда пускают далеко не всех, как ты можешь видеть по этой толпе нищебродов.

Уёбок. Другое слово у меня с ним просто не может ассоциироваться. Вместо фамилии, которую я, к счастью и не знаю, ему будет.

— Билет на концерт парней не такой уж и дорогой, — спокойно говорит рядом Вяземский. — Просто некоторым сложно ставить приоритеты и достигать целей.

— Ты прям философ, Кир, — хмыкает Герман. — Пошли уже, концерт, похоже, начался.

Мы с Майей молча идём ко входу, возле которого две девушки пытаются флиртовать с охранником, чтобы тот их пропустил. У Кирилла и Германа охранник никаких билетов или чего-то ещё не требует.

— Добрый вечер, Кирилл Викторович, — кивает он и отходит в сторону, впуская нас внутрь под завистливые вздохи этих девушек.

Стоп. Кирилл Викторович?

Ничего себе, почтение-то какое. Барин пожаловал.

Едва мы входим в клуб, на меня обрушивается музыка. Знакомая мелодия и такой знакомый глубокий голос, слышу паузу в песне и как толпа сотен голосов продолжает, очень неплохо попадая в ноты.

Я начинаю ощущать странное волнение. Тру ладони друг о друга, чтобы унять лёгкое покалывание в пальцах.

Майя снимает своё пальто и будто между прочим отдаёт Герману, а тот так же, не акцентируя, забирает и отдаёт в гардероб. Меня же этот момент удивляет. Они будто… странным образом синхронизировались.

Фу. Надеюсь, Майя не собирается всё же с ним заходить дальше этих условных рабочих отношений.

Я тоже снимаю свою куртку и подхожу к стойке, чтобы отдать гардеробщице, но её у меня из рук выдёргивают.

— Почему ты носишь это тряпьё? — Вяземский смотрит на мою куртку как на половую тряпку. — Тебе не хватает зарплаты, чтобы купить себе нормальную?

— Она нормальная, придурок. Дай сюда, — пытаюсь выдернуть свою куртку, но он не отдаёт. Кривится и отдаёт гардеробщице.

Смотри, мажор какой. Куртка моя ему не по нраву. Не всем зад с рождения шёлковыми платочками вытирают так-то.

— Идём, — он берёт мою ладонь и стискивает, тянет, вынуждая следовать за ним.

Я дёргаюсь, пытаясь высвободить руку, но Вяземский не отпускает. А когда, шипя, повторяю попытку, он сжимает свою ладонь сильнее и перекатывает косточки моей кисти.

Это не то чтобы больно, но жутко неприятно, и я, сжав зубы, прекращаю попытки вырваться. Хрен с тобой, три метра до зала потерплю.