Книга Призрачная невеста, страница 161 – Шелби Махёрин

— Вовсе нет, – поспешно заверила я.

Михал хотел отстраниться, но я покрепче обхватила его ногами. Обвила руками за шею и прижалась к нему.

— Мне приятно, и я не хочу останавливаться… – сбивчиво объясняла я.

Он наклонил голову.

— Но мне нужно поговорить с тобой о… о Дмитрии.

Михал пораженно заморгал.

— О Дмитрии, – бесстрастно повторил он. – Ты хочешь поговорить о Дмитрии.

Я осторожно кивнула.

— И о Смерти.

В глазах Михала отразилось понимание. Теперь уже он напрягся и отнял руки от моих бедер. Выругавшись, он отстранился, и я неохотно выпустила его из объятий, чувствуя тошноту, а он подошел к письменному столу и достал из ящика бутылку абсента. Поставил ее на стол.

— Что он натворил? – наконец спросил Михал.

Мне хотелось как-то уберечь Михала, хотя я понимала, что это невозможно.

— Не знаю, правда ли это…

— Скорее всего, правда.

— Смерть наговорил много ужасных вещей…

— Выкладывай, Селия.

— Они заключили сделку, – выпалила я. – Не знаю, что Жнец согласился дать Дмитрию взамен, но Дмитрий рассказал ему о Дне Всех Святых. О маскараде, ритуале Фредерика, о тебе и обо мне, даже об Одиссе и твоей мнимой смерти.

Михал ничего не сказал. Я соскользнула с постели, стараясь не задеть Тулуза и других котят, и подошла к нему.

— Возможно, Дмитрий ни в чем не виноват. Смерть ведь мог и солгать. – Я помолчала. – Ведь Жнец знал… и о другом. О чем Дмитрий не мог рассказать.

Михал достал из стола два небольших стакана и налил немного абсента в каждый из них. На меня не смотрел. Он добела сжал бутылку.

— О чем именно?

Я отбросила желание положить руку ему на спину.

— Он… рассказывал о твоих родителях.

— Что рассказывал?

— Ну… – В горле все сжалось.

— О том, что мой отец был пьяницей, а мать – еретичкой? – Он покосился на меня, ища подтверждение, и глаза его очень ярко заверкали. – Дмитрий знал об этом.

— Еще он говорил о Миле.

Я с трудом сглотнула, и Михал инстинктивно проследил за этим движением, а потом перевел взгляд на абсент. Он посмотрел на бутылку со жгучей ненавистью, словно один ее вид вызывал у него отвращение. И я вдруг подумала: что эта бутылка делала в его спальне? Почему он хранил ее здесь?

— Он рассказал, как ты превратил ее в вампиршу. И как ты сам стал вампиром.

Не говоря ни слова, Михал протянул мне стакан, но я покачала головой, вспомнив, что было со мной после этой дряни – как меня стошнило на его вычищенные до блеска сапоги. Скорее всего, мое тело вампира отвергнет абсент еще быстрее. Не знаю, как Михал мог его пить.

— Лучше уж снова умереть, чем выпить это, – искренне сказала я.

— Понимаю.

Он осушил оба стакана за два глотка – при этом его лицо оставалось бесстрастным, несмотря на резкий запах алкоголя, – и поставил стаканы на стол.

— Наверняка ты о многом хочешь расспросить.

— Ты не обязан мне отвечать, Михал. – Я подошла к нему и оперлась ладонями о стол. – Кажется, это я должна ответить на твои вопросы. Надеюсь, ты будешь добр ко мне, когда придет время.

На губах Михала промелькнула едва заметная улыбка, и тепло разлилось у меня в груди, потому что он не отгородился от меня, не оттолкнул. Покачав головой, он повернулся и, скрестив ноги, тоже оперся на стол.

— Больше никаких игр, Селия. Что ты хочешь узнать?

Мы долго смотрели друг на друга, прежде чем я произнесла: