Книга Призрачная невеста, страница 148 – Шелби Махёрин

Я едва не наступала ему на пятки, а откуда-то издалека донеслись его слова, которые он сказал мне ранее.

«Боюсь, мне понадобится твоя помощь в одном эксперименте».

Господи боже. Нет! Я замотала головой, чтобы собраться с мыслями, убедить себя, что неправильно все поняла, но… но тогда зачем еще ему нужна моя помощь? Именно моя. Зачем еще ему нарушать слово, данное Филиппе?

— Ты хочешь воскресить Ля-Вуазен. – Хотя я пыталась оставаться спокойной, мой голос все равно зазвучал выше.

Это не было вопросом, но Смерть все равно ответил мне. Он вынул из кармана гримуар и вскинул его, не глядя на меня. Беззаботно прошел вдоль деревьев, даже начал насвистывать.

— Говорил же, что ты умница.

Широко распахнув глаза, я посмотрела на ненавистную книжонку, лихорадочно пыталась придумать, как отвлечь Смерть, задержать его.

— Но Фредерик ведь… Для ритуала нужна его магия и ведьма крови. Тебе придется…

— Увы, но мне нужна только твоя кровь.

— А твоя? – спросила я, не задумываясь.

Не важно, чья кровь ему нужна, главное, чтобы он не использовал ее. Никто больше не должен восстать из могилы, и особенно Жозефина Монвуазен.

— Или… у тебя ее нет? Крови.

— Рискую внушить тебе всякие глупые мысли, и все же… – Он оглянулся на меня и, изогнув бровь, спрятал гримуар в карман. – Да, кровь у меня есть, но нападать на меня будет неразумно. Смерть не может умереть.

Наверное, на моем лице проскользнуло разочарование, потому что он мрачно усмехнулся, развел руками и показал на лес.

— И я использовал свою кровь, Селия, дорогая. Или ты полагала, что это твоя кровь создала наших новых друзей?

Я старалась не смотреть на восставших, но краем глаза заметила, что их куда больше, чем я предполагала. И снова меня охватило облегчение, смешанное с ужасом, ведь мертвецы ожили не из-за меня, но…

Я с трудом сглотнула.

Но кто знает, сколько мертвецов воскресил Смерть.

— Прошу… – Я ускорила шаг, чтобы догнать его. – Что бы ты ни задумал, умоляю, не нужно этого делать. Завеса и так разорвана в клочья, а если ты еще воскресишь…

Оказавшись в березовой роще, я резко замерла и едва не натолкнулась на спину Смерти. Я уставилась на деревья в изумлении, в благоговейном трепете. На ветвях мягко покачивались побеленные урны, и я сразу поняла, где мы.

— Нет, – прошептала я и невольно отшатнулась.

Нам нельзя быть здесь.

Эта роща была… священна для Алых Дам, и посторонним не позволено сюда приходить, только по приглашению. Уж я-то знала. Облачившись в алое одеяние, я пришла сюда вместе с Коко в ночь после битвы за Цезарин – вместе с Лу, Ридом, Бо и Жан-Люком, – и для меня та ночь оказалась одной из самых печальных и тревожных.

«Чтобы почтить ее кровь, – сказала Коко, порезала себе грудь и нарисовала своей кровью странные знаки на урне матери, – и ее магию».

Вознесение.

Предсмертный ритуал Алых Дам, когда ведьмы относят прах почившей в место последнего упокоения, даруя свободу и вечный покой ее душе. Обычно весь лагерь присутствовал на погребении и провожал усопшую перед погребальным костром, однако это вознесение было иным, тайным.

Коко вознесла свою мать, но ей нельзя было возносить свою тетку.

Невольно я посмотрела на дерево на дальнем краю рощи, где висели лишь две урны.

Смерть медленно повернулся ко мне. Его серебристые глаза замерцали в тусклом свете.