Книга Маяк на улице Рамбла, страница 18 – Льюк Оливерас

Лишь жестокий анархистский террор, пробудивший самые глубинные страхи в добропорядочных жителях Барселоны, разрушал всякую надежду на будущее. Анархисты были единственными, кто исповедовал идею о том, что прямые действия являются безотказным способом покончить с неравенством в обществе, которое, впрочем, уже переставало их бояться.

Кафе на Рамбле были знаковыми заведениями, олицетворявшими социальное равновесие, хотя здесь можно было найти и небольшие ларьки, в которых кофе с молоком предлагали по более доступной цене. Скромный табурет и незатейливый самодельный столик, стоявшие прямо на улице, придавали этим будкам вид уличного салона, предназначенного исключительно для представителей рабочего класса.

Невыразимая радость захлестнула Атилио, когда он увидел, как семья Рос приближается к киоску «Каналетас». Эти визиты дарили управляющему заведением ощущение умиротворения, ведь он мог отблагодарить отца ребятишек. Он был в вечном долгу перед этим добрейшей души человеком, предоставившим ему заем без каких-либо промедлений или условий, когда он так в этом нуждался. Поэтому для Атилио дон Рамон был своего рода святым, который пока ходил по земле.

— Какая отрада для глаз! Да это же дон Рамон со своими птенцами! Добро пожаловать в самый удивительный киоск города! – объявил главный официант, чем мгновенно пробудил любопытство своего подмастерья Пьера, который бросил мимолетный взгляд на Агнес и тут же покраснел.

— Ребята сильно по тебе скучали, Атилио, и ныли с утра до ночи, так что мне пришлось привести их с собой, – добродушно произнес дон Рамон.

Управляющий с теплотой подмигнул ему. Не имея детей, он успел сильно привязаться к этой паре ангелочков.

— Вам как обычно?

— Хотите содовой? – спросил Рамон своих детей, и те хором ответили утвердительно.

— Пьер, принеси мне большую тарелку картофеля фри для семьи Рос. Так их содовая будет еще вкуснее.

— Атилио, да ты настоящий искуситель! Видно, что за барной стойкой ты в своей стихии! – заметил Рамон с улыбкой на лице.

— Я уже много лет обслуживаю людей, дон Рамон. Не стану лукавить. Это и есть моя жизнь…

Атилио и Пьер неспешно подготовили закуски, воспользовавшись тем, что других клиентов в киоске не было, а дон Рамон, чтобы скоротать время, играл с Льюисетом. Как только им подали напитки и еду, мужчины решили скрасить трапезу беседой о том, что происходит в городе. Но прежде Атилио обратился к двум юным посетителям.

— Хотите увидеть будущее? Вы же знаете, что этот киоск похож на одну из диковинок в романах Жюля Верна?

Льюис был поражен словами официанта, тогда как его сестра была уверена, что это всего лишь очередная детская сказка. Но для малыша эти слова породили параллельные реальности, а сам киоск тут же стал удивительным аппаратом для покорения космоса или путешествия к самому центру Земли.

— Да-а-а-а! – закричал взволнованно Льюисет.

— Что ж, тогда обойдите киоск, Пьер откроет вам дверь и проведет tournée^[10] по заведению.

Дети дона Рамона зашли в киоск с заднего входа, выходившего на боковую сторону Рамблы, и улыбчивый Пьер показал им кофеварку, сифон для содовой и новомодные аппараты для приготовления картофеля фри. Льюисету киоск показался настоящей подводной лодкой, футуристической машиной, которая бесповоротно покорила его сердце.