Книга Свадьба в Чертолесье, страница 78 – Полина Луговцова

— Нет, конечно! — заверил ее Мирон.

— Тогда пойдем! — оживилась Заряна. — Отведи меня к ней, я верну ей платье и попрошу у нее прощения.

Мирон замялся, не ожидая такого поворота событий, но Заряна уже взобралась на подоконник и, склонившись к нему, прошептала: — Смотри в оба, чтобы поблизости никого не было! Если нас заметят, тебе тоже влетит!

— Давай-ка лучше я сам отнесу платье Алисе. Скажу, что нашел, что ветром унесло…

— Ну уж нет! Тогда этот грех век на мне висеть будет. Сама украла — сама и верну! — решительно возразила она, сползая с подоконника, и, вручив ему платье, спрыгнула в калиновый куст. Судя по уверенным движениям, делала она это не впервые.

Выбравшись из зарослей, Заряна огляделась, отряхнулась и, схватив Мирона за руку, потянула за собой со словами: «Идем!».

Они крадучись прошли вдоль стены дома до соседней постройки, где Заряна открыла какую-то дверь и повела его темными узкими коридорами, которые выходили то в конюшни, то в курятники, но в конце концов вывели их на улицу, и Мирон обнаружил, что они с Заряной очутились по ту сторону хором. Не сговариваясь, они прибавили шагу и не останавливались до тех пор, пока хоромы, оставшиеся позади, не скрылись из виду.

* * *

Бабушка Ульяна, даром что слепая, нахмурилась и поджала губы, едва Заряна переступила порог, войдя в дом вслед за Мироном.

— Бабуль, у нас гости! — объявил он, хотя и понял по ее виду, что ей об этом уже известно и она совсем не рада гостям.

— Что ж, добро пожаловать! Проходите к столу, чай будем пить! — ответила она и загремела посудой, но вдруг повернулась к Заряне, уставилась на стену рядом с ней и спросила: — Иль гости по делу какому-то пришли?

— По делу, ох, по делу! — не своим голосом взвыла Заряна и, упав на колени перед лавкой, где сидела Алиса, вручила ей белый ком. — Вот! Это я украла твое платье, но хочу вернуть. Прости меня, если сможешь. — Она выдохнула и снова заплакала, но уже не так горько, как тогда, когда Мирон застал ее в слезах, а как будто с облегчением.

— Ну что ты! — воскликнула Алиса, наклоняясь к ней и касаясь ее плеча. — Никто тебя не винит. А платье… Оно мне больше не нужно. Возьми его себе, носи на здоровье.

— Правда? Ты… ты его даришь мне? — Заряна подняла голову и распахнула блестящие от слез глаза, темные, как небо безлунной ночью.

— Правда, — улыбнулась Алиса. — Для меня бабушка Ульяна уже другое нашла, старинное и тоже очень красивое, с обережной вышивкой. Мне оно больше нравится.

Заряна настолько расчувствовалась, что заплакала навзрыд. Алиса, глядя на нее, зашмыгала носом, а потом обняла ее за шею и прижалась к ней щекой.

Бабушка Ульяна, суетившаяся у стола, кашлянула и заворчала:

— Полно вам слезы лить, сырость разводить! Садитесь-ка лучше за стол, почаевничаем! — Она потянулась к огромному медному самовару, исходившему паром в центре стола, и принялась разливать по чашкам душистый янтарный чай. Воздух наполнился ароматами мяты и еще каких-то трав. Вскоре на столе появились румяные пироги и варенье, темное и густое, пахнущее солнцем и лесом.

— Гостью-то как звать-величать? — спросила бабушка Ульяна, последней усаживаясь за стол. Узнав, что за гостья к ним пожаловала, она нахмурилась и покачала головой, но ничего не сказала.

— Вы только не выдавайте меня деду Гордею! — взмолилась Заряна. — Не говорите ему, что я воровка!