Книга Ведьмы Шервудского леса, страница 121 – Ксения Шкуренко

Я улыбнулась, а затем тут же уткнулась в тарелку, думая о том, как неловко выглядела эта сцена.

Дурацкие яблоки. Дурацкий Кавальере. Гораздо проще было его ненавидеть.

После обеда наша троица отправилась на факультатив Лорда Байрона. Он постоянно норовил со мной поговорить, но я ловко ускользала от очередных попыток покопаться в моих мозгах.

Однако когда «Искусство искушения» подошло к концу, незаметно уйти не вышло. Байрон словно прочитал мои мысли и намеренно встал около выхода, чтобы поймать меня.

— Полагаю разговора мне сегодня не избежать, — простонала я, запрокидывая голову к потолку.

С губ Байрона сорвался довольный смешок.

— Правильно полагаешь, — довольно произнес он, жестом указав на дверь своего кабинета.

— Нам подождать тебя? — поморщилась Сара.

— Нет. Идите без меня, — произнесла я так, словно меня собирались отвести на каторгу. Впрочем, по меркам Байрона это было бы недалеко от правды. — С первым лучом солнца, я приду на пятый день, с востока...

— Удачи тебе, Гэндальф, — сказала Кэмпбелл, с сочувствием потрепав меня по голове.

Кабинет Байрона встретил меня привычным запахом старой бумаги, жасмина и табака. Я опустилась в кресло, чувствуя, как мягкая обивка проминается подо мной. Байрон не спешил начинать разговор. Он подошел к небольшому столику, где стоял чайник, и принялся заваривать свой любимый чай.

Я принялась разглядывать кабинет, который и без того отлично знала с детства.

На стене, среди множества фотографий, особенно выделялась одна. На ней была я. Рядом со мной стоял Байрон, на снимке он выглядел почти так же, как сейчас. Та же теплая улыбка, те же добрые янтарно-зеленые глаза, смотрящие прямо в душу. Друг семьи, который не изменился с годами. А если присмотреться к вздернутому носу и темным волосам, можно было подумать, что Лорд Байрон и есть мой отец. Или, по крайней мере, брат-близнец моей матери, что звучало еще забавнее. От этой мысли я улыбнулась.

Байрон поставил передо мной чашку с жасминовым чаем и опустился в кресло напротив.

Я перевела взгляд на кружку, взяв ее в руки. Простая, с трещинкой на боку, она была точной копией той, что держал Байрон. Я подарила ему этот набор на свой самый первый учебный день в Институте. В те времена мы были близки...

Я посмотрела на самого Байрона. Его коричнево-фиолетовый костюм выглядел старомодно, но утонченно, а на шее болтался отвратительный ежевичный галстук в полоску. Этот галстук ему подарила я вместе с набором. Тогда он казался мне верхом элегантности.

Внезапно мне стало невыносимо грустно и до боли стыдно за то, как я обошлась с Байроном, чье сердце всегда было для меня открыто. Как в один день перестала делиться с ним своими секретами от родителей, как перестала приходить на чай по субботам, как перестала звать его на прогулки в лес, которые мы так тщательно скрывали от Дункан. Как перестала быть в его жизни. Как сама превратила его в своих глазах в очередного преподавателя Института, стараясь обмануть саму себя.

— Ты давно не заходила ко мне просто так, — сказал он, наконец, то, что вертелось у него на языке последние годы.

Я пожала плечами, стараясь не смотреть на него.

— Было много дел.

— Дел, — повторил он, качая головой. — Люси, я знаю тебя с тех пор, как ты появилась на свет. Проблем с памятью у меня нет, и я отлично помню, что ты всегда находила причину заявиться в мой кабинет. Даже во время особо трудных сессий, малышка.