Книга Криминалист 14, страница 25 – Алим Тыналин

Я сел. Он переложил пакет себе на колено.

— Ну?

— Три недели на банк. Может, четыре.

— Долго.

— Ленц сам подписывает запросы. Сказал, с прошлого вторника подписывает все сам.

Локхарт посмотрел на меня, потом на дверь казначейства. У двери охранник в фуражке запирал решетку на ночь. Ключей на кольце у него висело с дюжину, нужный он нашел с четвертой попытки.

— Значит, три недели сидим и ждем, — сказал Локхарт.

— Не сидим. Займемся Уилмингтоном.

— Регистрационная контора?

— И третий попечитель. Сорок два года, служащий той же конторы. В справочнике есть его домашний адрес.

— Какого года справочник?

— Семьдесят первого.

Локхарт хмыкнул и включил передачу.

— Выезжаем в шесть. Контора открывается в девять, до Уилмингтона сто десять миль. Я заеду за вами.

Мы выехали на Пенсильвания-авеню. Вечер стоял теплый, семьдесят с лишним градусов, в сентябре в Вашингтоне так бывает.

Автобус «Ди-Си Транзит» сорок второго маршрута тащился в правом ряду, в заднем окне светилась реклама сигарет «Винстон». На тротуаре у аптеки «Пиплз» мальчишка продавал «Пост», выкрикивал что-то про Агню. Разобрать удалось только фамилию.

Локхарт взял пончик, откусил половину и протянул пакет мне. Я отказался.

— Зря, — сказал он. — Ужина не будет.

— Почему?

Он не успел ответить. Рация под приборной доской щелкнула, зашипела, и женский голос произнес номер машины.

Локхарт снял микрофон с крючка.

— Слушаю.

— Агент Митчелл с вами?

— Со мной.

— Оба в штаб. Кабинет мистера Томпсона. Немедленно.

Локхарт держал микрофон у рта и смотрел на дорогу.

— Мистер Томпсон мне не начальник, диспетчер.

Короткая пауза. В динамике что-то треснуло.

— Мистер Колфилд там же. Он просил передать: немедленно.

Локхарт повесил микрофон на крючок. Доел пончик. Вытер пальцы о газету.

— Колфилд в восемь вечера на работе, — сказал он. — Такое случается раз в год.

Министерство юстиции занимало целый квартал между Девятой и Десятой улицами. Напротив, через Пенсильвания-авеню, за дощатым забором стоял бетонный каркас нового здания Бюро.

Над стройкой горели прожекторы, на верхнем ярусе кто-то ходил с фонарем. Строили здание третий год, в коридорах спорили, успеют ли его построить к семьдесят пятому году.

Мы оставили машину во внутреннем дворе. Охранник у входа посмотрел на удостоверения, записал время в журнал, и кивнул на лифт.

На пятом этаже почти все двери стояли закрытыми. Из приемной в конце коридора шел голубой свет и звук телевизора.

Две машинистки и молодой клерк сидели перед переносным «Зенитом» на подоконнике. На экране показывали Хьюстон, «Астродом», полные трибуны. Билли Джин Кинг вносили на площадку на носилках, как царицу, четверо мускулистых парней в костюмах рабов.

— Доллар на Риггса, — сказал клерк.

— Идет, — ответила машинистка постарше и не повернула головы.

Дверь Томпсона оказалась приоткрыта. Локхарт постучал костяшкой по косяку и вошел первым.

В кабинете горела только настольная лампа. Томпсон сидел за столом, пиджак висел на спинке кресла, жилет застегнут на все пуговицы.

Цепочка от часов шла из кармана жилета поперек живота. Перед ним лежал карандаш «Тикондерога» и одна тонкая папка, закрытая.

Колфилд стоял у окна. Невысокий, плотный, лет пятидесяти, стрижка «ежик», очки в черной оправе. Галстук-бабочка в мелкий горошек.