Книга Криминалист 14, страница 1 – Алим Тыналин

Ленц позвонил в четверть первого.

Я сидел за своим столом и правил отчет по судну, вписывая ответы на две пометки Томпсона, когда Дороти перевела звонок с коммутатора. По голосу я понял, что он звонит из автомата на улице, на заднем фоне слышались машины, он говорил громче обычного.

— Вскрытие закончили в одиннадцать сорок, — сказал он без предисловий. — Я разговаривал с нашим человеком в питтсбургском бюро, он только что от следователя.

— Слушаю.

— Митчелл, я не медик, половину терминов записал со слов, поэтому буду читать по бумажке. — Он зашуршал листами. — Причина смерти обескровливание. Рана одна, в левой части груди, между ребрами. Нанесена клинком с широким лезвием, длина клинка не менее шести дюймов. Смерть наступила в течение двух-трех минут.

Я положил ручку.

— Дальше.

— А вот это то, из-за чего врач вчера отказался говорить. — Ленц помолчал. — В переулке мало крови. Основную часть собрали. На бетоне остался круг диаметром около трех футов, вымытый или вытертый, по кромке этого круга следы, оставленные краем сосуда. Врач считает, что подставляли что-то плоское и широкое.

— Положение тела?

— Лежал на спине, головой на север. — Ленц читал с бумажки, монотонно, от этого выходило только хуже. — Одежда не сорвана, но расстегнута и отвернута, грудь открыта. Руки вытянуты вдоль тела, ладонями вверх. Ноги сведены вместе. Полиция особо отметила, что такая поза не могла получиться при падении.

Я встал.

— Артур, было ли что-нибудь нанесено на тело или рядом?

— Откуда вы знаете?

— Отвечайте на вопрос.

— На бетоне, в футе над головой, нарисован знак. — Он снова зашуршал бумагой. — Мне его описали, я записал так. Круг, из него в стороны отходят прямые линии, снизу под кругом что-то вроде рогов или полумесяца концами вверх. Нанесено кровью. Полиция считает, что это кровь погибшего, но это еще проверяют.

В горле у меня пересохло.

Тот же знак стоял на бланке, зарисованном Рурком по памяти на обороте его заметок и тот же знак я видел на фотографии из кабинета Форреста, солнечный круг с расходящимися лучами и бычьи рога под ним.

Митра. Убийство быка и кровь, собираемая в чашу.

— Артур, слушайте меня внимательно. Все, что вы сейчас прочли, у вас есть на бумаге?

— Да.

— Никому не показывайте и не говорите. Через час я вам перезвоню и скажу, кому это отдать.

Локхарта я нашел через Дороти.

Оказывается он с восьми утра сидел в свободном кабинете на третьем этаже, куда ему поставили стол и телефон. Про это знали три человека в здании, Дороти оказалась одним из них, потому что именно она заказывала ему стол.

Я поднялся туда без звонка.

Дверь стояла открытой. В кабинете, кроме стола и двух стульев, не имелось ничего, ни шкафа, ни картины, ни календаря. На подоконнике лежала дорожная сумка, еще не разобранная.

Человек за столом разговаривал по телефону и одновременно писал.

Лет сорока пяти. Крупный, тяжелый в плечах, в белой рубашке с закатанными рукавами, без пиджака. Волосы темные, с сединой на висках, коротко стриженные.

Лицо широкое, с перебитым когда-то носом. На левой руке, на тыльной стороне кисти, шел шрам от запястья до костяшек, старый, давно побелевший.

Он поднял на меня глаза, не прерывая разговора, и показал ручкой на стул.

Я не сел.