Книга Криминалист 14, страница 121 – Алим Тыналин

— Вдвое меньше нормы.

— Да. — Чен снял очки. — Это значит, что металл хрупкий на холоде. В Чикаго в январе холод достигает минус десяти, дует ветер с озера и каркас находится под нагрузкой. Хрупкая сталь не гнется, она трескается.

Я взял обе папки и стал сверять номера. Три образца, взятые из элементов других плавок, для сравнения, показали нормальную химию.

Сера около тридцати тысячных, как в сертификате. Вязкость девятнадцать и двадцать один футо-фунт. Шлифы чистые, без строчек.

— Другие плавки хорошие, — сказал я.

— Да верно, хорошие, — подтвердил Чен. — Я поэтому и просил брать сравнительные образцы. Иначе нам сказали бы, что мы нашли плохую сталь во всем здании, начались бы споры о марке.

Я сел и стал изучать монтажную схему.

В башне больше сотни узлов пояса. Из одной плавки собрано четырнадцать. Остальные взяты из других, но они нормальные.

Четырнадцать из ста восьми.

— Получается, он был прав, — сказал Чен.

— В одном прав, — сказал я. — И кое-в-чем неправ.

— В чем же?

— Он считал, что все здание с дефектами. Он три года ходил с этим и в конце концов пришел к тому, что иначе чем без захвата здания его не услышат. — Я закрыл папку. — Дефектных узлов четырнадцать, их можно было вырезать за три дня ножовкой и отнести в любую университетскую лабораторию за двести долларов.

Чен ничего не сказал.

Он просто сложил обе папки в стопку и прижал их сверху ладонью, чтобы не разлетелись.

Инспектора арестовали в тот же день у него дома в Оук-Лоне.

Лоренс Г. Бэнкс, пятьдесят три года, инженер-строитель, инспектор независимой испытательной конторы, работающей по договору с городом. В графе приемки сорока двух записей по четырнадцати узлам стояла его фамилия и подпись.

Допрос шел в комнате четыреста семь на Норт-Дирборн, вел его Локхарт.

Бэнкс оказался крупным, рыхлым мужчиной, в хорошем костюме и с нездоровым цветом лица. Он пришел с адвокатом и первые сорок минут отвечал через него.

Локхарт не торопился.

Он выложил на стол журнал Салливана, оба заключения, таблицу с серой и фотографии шлифов. Разложил их так, чтобы Бэнксу было видно вверх ногами, сначала ничего не объясняя.

— Вы принимали эти узлы, — сказал он наконец. — Трижды каждый.

— Возможно.

— Что вы проверяли при этом?

— Метки на болтах. Угол доворота гайки. — Бэнкс говорил ровно. — Это и есть приемка болтового соединения. Я проверял то, что обязан был сделать по инструкции.

— А почему их переделывали три раза?

— Меня это не касается. Мне предъявляют соединение, я его принимаю или нет.

— Вам не показалось странным, что одни и те же четырнадцать узлы переделывают все лето?

— Показалось, — сказал Бэнкс. — Я об этом спрашивал устно.

— Кого?

— Представителя строительной конторы.

— Вы подавали письменный запрос?

Он помолчал.

— Нет.

Локхарт подвинул к нему таблицу с серой.

— Вы видели сертификат на плавку?

— Да.

— Сверяли номер плавки с номерами на элементах?

— Это не входит в процедуру по приемке болтового соединения.

— А что входит в процедуру, если на второй переделке вы уже понимали, что дело не в болтах?

Адвокат попросил сделать перерыв, и Локхарт согласился.

Но Бэнкс сломался не на этом. Его сломал Ленц, прислав телетайп из Вашингтона.

Шесть человек Ленца к этому времени уже изучили движение по обоим счетам и нашли то, что искали, в расходной части за семьдесят первый и семьдесят второй годы.