Книга Шар судеб, страница 219 – Вера Камша

Разумеется, Придд явился минута в минуту одетым и причесанным так, словно собирался предстать пред столичной инспекцией, однако прогулка по льду свой след все же оставила. Глаза и нос у господина герцога предательски покраснели, чему Жермон искренне порадовался. Хороший насморк напомнит о совершенных глупостях даже лучше Ойгена.

— Вам следует сделать горчичную ванну для ног, – со знанием дела посоветовал бергер. Придд щелкнул каблуками, словно получив приказ. В свое время Жермон переносил простуды хуже, чем дуэли. Потом кончились и те и другие.

— Садитесь, – велел Ариго, и красноносый герой умело устроился в тени. – Командор хочет вас спросить о…

— Об обстоятельствах гибели вашего старшего брата и возникновения порочащих его память слухов, – подсказал Райнштайнер. Удивился Валентин или нет, Ариго не понял, но носом он шмыгнул, как живой человек. Шмыгнул, но промолчал.

— Командор Райнштайнер считает, что смерть Джастина не случайна, – ляпнул Жермон, будто о том, что «спруты» прикончили своего же наследника, не болтали от Бергмарк до Хексберг.

— Я тоже так считаю, – невозмутимо подтвердил Придд.

— Вы согласны ответить на мои вопросы?

— Если получу приказ регента или сочту, что это действительно важно.

Жермон прошел к столу и налил себе вина. Следить на трезвую голову за беседой двух айсбергов было выше его сил.

— Мне нужен откровенный ответ, поэтому я надеюсь на ваше понимание и здравый смысл. – Валентин запросто мог быть братцем Ойгена, но братьев у барона не имелось. – Я пришел к выводу, что Колиньяры и Манрики намеревались, самое малое, сравняться по влиятельности с Алва, Ноймариненами, Валмонами и Рафиано. Для этого они собирались уничтожить, ослабить или подчинить ряд фамилий. Первой жертвой я считаю вашего генерала, одной из последних – вашего брата.

Это зрелище Жермон запомнил надолго. Валентин Придд медленно поднялся. Когда герцог отгонял выходца, он наверняка выглядел лучше.

— Вы ошибаетесь, – губы Придда побелели, но говорил он твердо, – убийство графа Васспарда – дело рук нашей семьи.

— Вы в этом уверены?

— Да.

— Вы были свидетелем убийства? Вы знаете убийцу и причину убийства?

— Я не видел, как это произошло.

Прямой, твердый взгляд. Лжи не будет, как и еще более чудовищной правды. Есть вещи, которые словами не назовешь. Сам Жермон, по крайней мере, не взялся бы обвинять своего отца. Даже по горячим следам.

— Выпей. – Ариго протянул истукану в мундире кружку. – Можешь считать это приказом. Ойген, ты не угадал. К сожалению…

— Я не имею обыкновения угадывать, – немедленно уточнил бергер, – и я не услышал ничего, доказывающего непричастность к смерти графа Васспарда посторонних. Полковник Придд, я настаиваю на том, чтобы вы ответили на мои вопросы. Ваше мнение о подоплеке преступления мы обсудим позже. Вы будете отвечать?

— Да. – Вино он все-таки проглотил. Залпом. Это поможет. Не от памяти, так от простуды.

— Граф Васспард получил полуторамесячный отпуск по ходатайству главы семьи, – казенным голосом напомнил бергер, – и отбыл из армии в обществе своего дяди, предыдущего графа Гирке. Через двадцать один день пришло сообщение о его гибели на охоте. Последнее обстоятельство вызывает у меня серьезные сомнения, так как не стыкуется с причиной, по которой Юстиниану Придду был предоставлен отпуск. Глава фамилии ссылался на события, требующие присутствия наследника, но охота к таковым не относится.