Книга Шар судеб, страница 216 – Вера Камша

Рокэ не понял, он вновь отдавал распоряжения Рамону. В серебре все еще чужого языка медяшками и золотом звякало «Эрнани», «Оллария», «Надор», «Агмарен»…

Толку от этого не было никакого. Марсель набросил на бормочущего маршала содранный с кресла меховой коврик и заставил себя сосредоточиться на неотложном. Посол не может просто так исчезнуть из собственного кабинета. Вернее, может, но зачем давать урготам повод к обыску? Старик Габайру имел секреты не только от Талига, но и от подчиненных. Он хотел вернуться, и он вернется в нормальную Олларию, в свой дом и в свои тайны. Граф Ченизу честно выйдет в дверь, а куда, когда и с кем войдет, никого не касается.

Несколько строчек на внушительном листе. Песок сыплется на желтоватую бумагу. Легкомысленное, равнодушное письмо. Завтра господина посла, может, и станут искать в Данаре, но не в том смысле. Марсель запер конторку. Надо было уходить, но оставлять больного казалось неправильным. Ничего! Он пролежал один несколько часов, а уж двадцать минут…

— Я сейчас вернусь, – пообещал Валме, хотя его не слышали.

— …Ундии, – сказал Алва и затих. Крови не было, и на том спасибо.

— Это будет на редкость особое поручение, – подбодрил себя господин посол, глядя на затихшую, укрытую мехом фигуру. – А вино, между нами говоря, было так себе. Вы ничего не потеряли… Монсеньор.

400 год К.С. 6-й день Весенних Ветров

Зима с ее вынужденным покоем еще не ушла окончательно, и обещавший стать одним из главных призов будущей кампании город был спокоен. Он не помнил войны, а та подползла совсем близко. Затаилась по ту сторону пока непреодолимой Хербсте и ждала, но жители не уходили, хоть и были предупреждены. Им даже нравилось, что к ним пожаловали гости. Особенно радовались мальчишки и девицы, дорвавшиеся до почти столичных кавалеров.

Мир вообще отучает – нет, не от страха – от осторожности. Мятежи не в счет, тем паче что Борн толком даже не начал. Единственное, что ему удалось, – это оставить армию без маршала Арно. Будь Савиньяк жив, он бы сейчас подставил плечо Рудольфу. Старик был бы спокоен за преемника, а теперь ищет и не находит, потому что в Западной армии преемника нет.

Было время, когда Жермон мечтал о славе Алонсо или Рене, теперь он понял, что слава – дым, а огонь – дела, которые сперва хорошо бы совершить. Генерал Ариго свои пределы видел, знал их и Рудольф, но регенту требовался кто-то способный, случись что, удержать вожжи.

— Ойген, герцог спрашивал меня, смогу ли я сменить фок Варзов.

— Да, – подтвердил Райнштайнер, – это его весьма занимает.

— Он и с тобой об этом говорил? – безнадежно уточнил Ариго. – Когда?

— Два раза до беседы с тобой и один раз после. – Бергер помолчал и коротко усмехнулся: – Поэтому поверь моему предчувствию – мы в самом ближайшем будущем вновь встретимся в ставке фок Варзов, хоть и отправимся туда разными путями. Приказ о твоем новом назначении столь же логичен и неизбежен, как возвращение улетавших на зиму птиц. Чтобы избежать этой участи, тебе следовало пообещать регенту взять к Летнему Излому Эйнрехт и донести на фок Варзов. Ты этого не сделал, теперь тебе придется идти рядом с Вольфгангом. Пока только рядом, Герман, но вряд ли это «пока» затянется.