Книга Творец. Книга первая, страница 23 – Агния Стефёдова

Дорогой я успела прокрутить несколько сценариев происходящего, от самых оптимистичных до фатальных. Думала о том, куда мы едем, и кто такой этот «шеф». Была единственная версия: меня везут к Орлову, но старалась на это особо не рассчитывать. Вдруг ошибаюсь? Дима же вовсе делал вид, что не со мной. Пару раз пыталась вывести его на беседу, на что он лишь отмахивался от меня, говоря скупое «позже», «всё потом», и я решила не настаивать. Доверилась ему и немного расслабилась: скорее всего, он знает, что делает.

Водитель остался в машине, а мы втроём направились ко входу в здание. И вот опять оно — гнетущее, надо признать только меня, молчание. Преодолев несколько ступеней и оказавшись перед дверью, я, наконец, получила небольшую порцию информации. Табличка у входа гласила: «Частная медицинская клиника им. И.М. Сеченова». Возможно, я была права в своих догадках.

Раздвижные двери пропустили нас в просторный и светлый холл, который ветвился в трёх направлениях: два коридора, уводящие вправо и влево, а по центру — широкая лестница наверх. Здесь я успела заметить гардероб, который мы проигнорировали, словно сейчас не ноябрь за окном, а мы не в верхней одежде. Но нет так нет. Спорить со своим сопровождением — надеюсь, что не с конвоем — не стала. Далее мы нырнули в левый коридор, который скоро вывел в ещё один зал, очень похожий на предыдущий, но назначение его было несколько иным. Здесь располагались диванчики, уголок, напоминающий мини-бар, и стойка, которую лишь условно можно назвать регистратурой. За ней восседали три ослепительной внешности девушки. Почти все они были заняты: одна разговаривала по телефону, вторая что-то печатала на компьютере, ну а третья удостоила нас вниманием и окатила, по-другому не сказать, наидружелюбнейшей улыбкой. Рассматривая её, я удивлялась: ведь такую улыбку, учитывая внешность в целом, сейчас можно задорого продать, однако, она здесь, на своём месте, а не где-нибудь у порога очередного телеканала.

Шкафоподобный подошёл ближе к стойке и о чём-то спросил. Показалось интересным, что слов мужчины, отступившего от нас всего на пру шагов, как, впрочем, и ответов девушки, различить уже было невозможно, но и сказать, что они шептались, я тоже не могла. Наверное, то был какой-то акустический эффект помещения. Рассматривая в ожидании окружающую обстановку, отметила: всё выглядело настолько стерильным, что вот-вот заскрипит от малейшего движения. Воздух же, напротив, был свежий, насыщенный кислородом с примесью аромата кофе, и ни капли следа медикаментов, которыми по обыкновению разит от лечебных учреждений.

Оторвавшись от девушки, предводитель нашей тройки кинул: «Нам на третий» — и двинулся в сторону, противоположную той, откуда мы пришли. На этаж поднимались по широкой боковой лестнице с панорамным окном с первого до, наверное, последнего этажа. С каждым пролетом нам открывался всё более чудесный вид: сначала на парк, потом стал виден небольшой пруд в его центре, а далее и вовсе показались ряды аккуратных домиков коттеджного посёлка. Если честно, я не представляла, где мы находимся. Надеюсь, меня здесь не бросят на произвол пассажирской транспортной инфраструктуры.

Миновав немало причудливо сплетённых друг с другом коридоров и переходов, мы оказались в крыле, где царила совершенно иная атмосфера. Больше всего это было похоже на гостиницу, ну в крайнем случае на санаторий. От белизны и строгости в стиле хирургической операционной не осталось и следа. Здесь господствовали тёплые оттенки, уют и гармония. А ещё мягкий ковролин, удобные с виду диваны и кресла, стеллажи с книгами, плазменные панели и журнальные столики — верх дизайнерской мысли. Всё вкупе создавало ощущение пусть не домашней, но очень уютной гостевой обстановки. В таких местах, обозначенных фасадной вывеской в качестве больницы, я точно не была.