Книга Творец. Книга первая, страница 25 – Агния Стефёдова

— Да, Орлов предупредил.

Илья действительно успел меня предупредить о реакции СМИ на произошедшее — в его реалиях, к сожалению, без внешнего отклика не обойтись — заверил, что волноваться не стоит, эту проблему уже решают. Но оказывается, я даже и не подозревала о масштабах вопроса. По моим ощущениям, то был не отклик, а настоящее почернение красочного слоя при недопустимом смешении красок.

— Ах, Орлов! — начал возмущаться приятель. — Ну-ну. Раньше предупреждать надо было! Ему-то не привыкать, а ты с этими пираньями дела не имела ещё. Ну ничего, отсидишься, мы, если что, информацию от тебя — официальную, так сказать — передадим. Всё наладится! Обязательно.

— Ага, когда-нибудь, — насмешливо дополнила его тираду Галка.

— Наверное… — добавила с самым безразличным видом Жанна Геннадьевна.

Мои нервы не выдержали, а голос дал петуха.

— Вы… Вы специально, да? — от переизбытка эмоций я стала заикаться.

— Ну, ну, дорогая, — обратилась ко мне женщина с попыткой успокоить или усмирить. — Шутим мы, шутим. Не переживай ты так. Это до очередной жареной новости.

— Что-то уж больно часто меня там «жарят». Что говорят? — эмоции постепенно стихали, оставляя меня уставшую и голодную в компании великих шутников и телевизора.

В ответ мне прибавили громкость и пощёлкали пультом по каналам. Лучше бы они этого не делали. От увиденного мои глаза полезли на лоб, уши намеревались отвалиться.

«Скандальная художница — любовница олигарха: равно или знак вопроса?», «Разборки ухажёров или заказное убийство?» — это были темы и вопросы каких-то ток-шоу. Из комментариев запомнились два, которые были произнесены особо едким тоном: «Это с каких пор людей искусства интересуют деньги?» — возмущался до плевания слюной посторонний пожилой мужчина. «Да чего он в ней нашёл? Ничего особенного! Очередная моделька, мнящая себя Пикассо», — а это была дама неопределённого возраста в необъятных габаритах.

На этом Гарик милостиво выключил плазму, а я на неё смотрела, как на смердящий мусорный ящик.

— Почему скандальная-то? — плаксиво поинтересовалась я.

— О, это, Маш, моментально делается, можно сказать, на коленке за пять минут до эфира, — просветила меня Галка. — Хоп — и вот тебе уже не двадцать пять, а пятьдесят пять. Я прошу прощения, Жанна Геннадьевна, без задней мысли, — покаялась она.

Мария.

конец ноябрь 2020 года — январь 2021 года

Действительно, хочешь рассмешить бога — расскажи ему о своих планах. Орлова выписали из больницы с режимом реабилитации лишь спустя две недели. Всё это время мы общались посредством простых и видеозвонков. Спасибо благам цивилизации. Меня из его квартиры не выпускали — как и обговаривалось ранее — в целях безопасности. Охрана была организована на высоком уровне — по крайней мере, мне так казалось. Пропускной режим, видеонаблюдение, внушительных размеров и особой суровости парни, неизменно присутствовавшие на этаже и в холле дома. Одним словом, всё гласило о серьёзности вопроса.

Анна Ивановна, как могла, помогала, скрашивала моё вынужденное одиночество. Мы много беседовали и смеялись. Она учила меня готовить, от чего я испытывала особый восторг. Про Орлова женщина говорила мало, было заметно, что сдерживалась. Скорее всего, пыталась соблюсти предъявляемые к ней требования — держать язык за зубами, но порой у неё словно сами собой вырывались тёплые воспоминания об Илье, и вот тогда я вслушивалась в рассказ и погружалась в моментами его прошлого, сближаясь с ним.