Книга Обнажая запреты, страница 48 – Яна Лари

— Мне не шестнадцать лет. Я точно знаю, к чему стремлюсь, — в короткой улыбке непоколебимая уверенность, которая помимо воли передаётся мне. — У каждого на осмысление свои сроки. Кто-то годами мотает нервы себе и другим, а кто-то эти годы лучше посвятит любимой женщине.

— Ты так просто обо всём этом говоришь…

— Зачем усложнять?

Те же слова, что повторял мне Север. А смысл разный. Кардинально. И, чёрт возьми, мне нравится, что он говорит и, как говорит. Это правильно. Мужчина должен быть опорой, а не сбивать с ног ураганом.

— У тебя есть вообще недостатки?

Должны быть. Так не бывает…

— Как и у всех. Знаю, что могу показаться навязчивым. Ты уже говорила, что ничего не можешь обещать. Пойми, Анюта, я не давлю. Мне просто важно, чтобы ты чётко понимала моё к тебе отношение, — Артём прожигает меня глазами из-под тёмной чёлки. Внимательный, мужественный. Мечта любой нормальной девушки. Я задерживаю дыхание, выжидающе глядя в его лицо. — Свидания, это хорошо, а как насчёт семейного ужина? Сам я со своими стариками не в ладах, но с удовольствием познакомлюсь с твоими родителями. Представь меня другом, если хочешь. Нам ничего не мешает попробовать, верно?

Или бывает?..

Задумчиво смотрю на Артёма. Его слова звучат искренне и в них есть доля здравого смысла. Мы, как это принято говорить, на одной волне, но из-за Дани отношения никак не перейдут границу дружеских. И всё же топтаться на месте не выход.

Артёму нужна жена, а не подруга. Мне тоже пора что-то менять. Возможно, мнение матери поможет решиться. Ведь даже я понимаю, что всю неделю гипнотизировать Данино старое фото — ненормально. Его этим не изменить, себя не переплавить. Не получается забыть, значит, просто вычеркну.

— Отец только недавно уехал в рейс, — отвечаю тихо. — Я не хочу водить тебя за нос. Мне нужна пауза, чтобы в себе разобраться. Если ты согласен подождать, то я дам тебе ответ через пару дней.

На самом деле решение практически принято. Но на душе от этого так тошно, что просто…

— Через пару дней у нас много работы. В другой раз поворкуете. Числа так… тридцать второго, — мы с Артёмом удивлённо поворачиваем головы, а Север тем временем непринуждённо обвивает рукой мою талию. — Нам уже пора, Анюта. Я тебя обыскался.

Врёт как дышит. Он глаз с меня не сводил. Все два часа. Как и Старшинов. Еле отработала.

— Малыш, ты б сопли подтирал, прежде чем влезать во взрослый разговор, — лицо Артёма меняется за секунды, удивление сменяется пренебрежением, угрозой даже.

— Устала? — Дан нарочно его игнорирует, сосредоточенно заглядывая мне в глаза.

Я чувствую, как внутри всё холодеет… и полыхает одновременно. Сердце отбивает чечётку, потому что вот он — серый весь от ярости. Требовательным нажатием пальцев заставляет ловить каждую эмоцию, пьянеть, откликаться. А лёгкие распирает могильной сыростью под новым пластом мертворождённых надежд, когда приходит осознание, как просто спутать ревность с эгоизмом.

От злости внутри что-то сводит и начинает в буквальном смысле тошнить, ведь этого я и боялась больше всего. Дан не отпустит, пока не вытянет из меня целиком всю душу.

— Да. От тебя устала, — конвульсивно сбрасываю нахальную руку, не желая принимать такой расклад.

Потеря его тепла пронизывает до костей, но не подаю вида.