Книга Возвращение домой, страница 155 – Диана Мершери

С показной надменностью отбрасываю часть волос назад.

— Я не услужливая, понятно же.

— Но мне понравилось, это было необычно.

— Могу врезать тебе еще раз, – стискиваю зубы.

— Сейчас бы твою агрессию…

Я уже не решаюсь что-либо говорить. Запах геля для душа, сыра и мяса перемешивается с ароматом меда. Своеобразный микс витает в воздухе, когда Рома хватает меня за шею и припечатывает к себе в жадном поцелуе. Голова так кружится от недавних воспоминаний, что я вздрагиваю и касаюсь подбородка парня, рассматривая мужественное лицо. Широкая улыбка и ровные белые зубы – всего лишь красивая картинка, а вот грустный взгляд уводит в далекое прошлое, в его историю, которой он недавно поделился. Провожу большим пальцем по губам и вкушаю их, отдавая весь трепет, на какой только способна.

Отельный халат на мне распахивается, оголяя ноги, а стол, на котором я сижу, слегка скрипит, когда Рома прижимается ко мне своим пахом. И без того слабо освещенная комната будто становится еще темнее, создавая атмосферу таинственности. Случайно скинутое в порыве страсти набедренное полотенце смещает весь фокус внимания, но Рома не дает мне отвлечься. Полумрак делает меня смелее – уверена, это он направляет мои руки гулять по голой мужской спине, упругим плечам, торсу, бедрам и, конечно же, ягодицам.

Я не из тех, кому для романтики нужны свечи, и Рома это понимает. Когда любовные флюиды и так витают в воздухе, они способны раскрыть тебя лучше любых убранств вроде лепестков роз.

Усталость улетучивается. Испанские мотивы за окном переходят во что-то более протяжное, как нельзя кстати подходящее к обстановке. Мы сливаемся с музыкой в интимном танце и обмениваемся энергией, заботясь лишь о том, чтобы дать друг другу еще больше.

Мужские руки шире распахивают халат, сжимая соски. Наглые пальцы выписывают круговые движения, а потом обхватывают грудь целиком нетерпеливо и жадно. Теряюсь в пространстве и времени, не могу разорвать поцелуй – меня будто вдавливает в мягкие губы. Мой стон от постоянного заигрывания с грудью заставляет парня еще плотнее прижаться ко мне всем телом. Я почти задыхаюсь от головокружения.

Под аплодисменты и следующую песню Рома укладывает меня на стол, пожирая взглядом. Едва отпустив грудь, он устремляется ниже – его губы оказываются между моих бедер. Совершенно не понимаю, как бороться со штормом, который вот-вот накроет, и резко впиваюсь пальцами в короткие волосы, останавливая. Рома понимает мои желания, выпрямляется и звонко шлепает по ягодице. Лучи света от автомобильных фар скользят по его ехидной улыбочке и крепкой шее, а потом ласкают обнаженный торс, позволяя лучше разглядеть это сексуальное безобразие.

— Не мучай меня, коварный тип! – почти стону, стискивая зубы.

Держась руками за край стола и наслаждаясь крепкой хваткой на бедрах, с первым мягким толчком высвобождаю воздух из легких. Сдавленный стон сам по себе вырывается от второго, более пылкого. Жадно хватаю воздух ртом, когда Рома снова начинает терзать мою грудь. Его движения становятся резче, напор – жестче, невыносимее.

Мое тело извивается, будто змеиное, и я вскрикиваю, ощущая иссохшие губы. Под нежные мотивы уличной музыки парень переходит от груди к животу, сжимая талию. Пытаюсь открыть глаза, чтобы рассмотреть его властные черты, но он внезапно поднимает меня и дарит пылкий поцелуй, словно в последний раз.