Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 57 – Мэн Сиши

— Монах Шэнь, вы, верно, не знаете, что после кончины отца новый император один за другим отменил все его запреты, – добавил Су Вэй. – Монах Сюэтин вновь сделался наставником государя, а сам государь особливо покровительствует Юань-гуйфэй^[17], которая приходится монаху Сюэтину ученицей в миру.

Наставник Сюэтин был могучим бойцом, и с его присутствием при дворе тайное убийство Юйвэнь Юня становилось невозможным. А что до открытого выступления против нового императора, то Юйвэнь Сянь сейчас не имел сколько-нибудь значимого преимущества и оттого не хотел развязывать войну.

Доу Янь к тому времени уже давно доела лапшу, щеки ее порозовели, и теперь она внимательно слушала разговор взрослых. Посмотрев на приободрившуюся девочку, Юйвэнь Сянь улыбнулся:

— Почтенный монах, это ведь вы привели к нам А-Янь, а я даже не поблагодарил вас.

— Не нужно благодарности, ваше высочество, – ответил Шэнь Цяо. – Меня сие нисколько не затруднило.

— Вы, верно, прибыли в Чанъань по какому-то важному делу? – продолжил циский князь.

— Один старый друг попросил меня приехать в столицу, дабы проведать предыдущего государя, но увы, я опоздал.

— А друг, ваш, должно быть, младший наставник Янь? – уточнил Юйвэнь Сянь.

— Верно, – сказал Шэнь Цяо. – Еще когда на главу Янь ополчился весь белый свет, он предвидел, что в столице могут случиться внезапные перемены, и просил меня отыскать циского князя, ежели Юйвэнь Юна постигнет беда.

Юйвэнь Сянь горько усмехнулся:

— Я понимаю, что имел в виду глава Янь, но он переоценил меня. Ныне я потерял почти всю власть, войска мне не подчинены, а если и удастся поднять восстание, оно закончится ничем: прольются реки крови, пострадают безвинные, и все зря.

— Но, ваше высочество, нельзя же просто сидеть сложа руки и покорно ждать смерти, – возразил Су Вэй. – Вы много лет командовали войсками, солдаты вас любят и уважают. Пусть Юйвэнь Юнь лишил вас полномочий, стоит вам обратиться к армии, и многие откликнутся на ваш призыв. Еще есть возможность все изменить.

— А что мне делать, если Юйвэнь Юнь возьмет в заложники мою семью? – рассердился Юйвэнь Сянь. – Неужто я должен пожертвовать родными ради трона? И чем тогда я буду отличаться от Юйвэнь Юня? Недаром сказано: «Если имена неправильны, то слова не имеют под собой оснований»^[18]. Юйвэнь Юнь унаследовал престол от отца, даже если он и вправду убил предыдущего государя, многие ли про то знают? Пусть я ворвусь во главе войска в императорский дворец, что помешает Юйвэнь Юню сбежать на пару с наставником Сюэтином? Тогда он объявит себя императором в изгнании, и империя Чжоу погрязнет в междоусобице. Мы с братьями столько лет не щадя живота своего трудились, дабы объединить северные земли под нашим началом, и что же, все наши труды пойдут прахом? Как я буду смотреть людям в глаза, если стану тем негодяем, что ввергнет родную страну в пучину беспорядков?

Су Вэй промолчал.

На глазах Доу Янь заблестели горючие слезы – несмотря на свой юный возраст, девочка как будто все поняла.

Шэнь Цяо вздохнул про себя. Есть те, кто от рождения великодушен и мягкосердечен, пусть даже им довелось воевать и сразить многих врагов. В смутные времена таким людям ни за что не возвыситься, и Юйвэнь Сянь принадлежал к их числу. Он, может, и знал, как должен поступить, но не мог.