Онлайн книга «Тысячи Осеней. Том 2»
|
Взгляд главы Яня лишь на краткий миг задержался на лице Шэнь Цяо, прежде чем он ответил с ленивой улыбкой: — Ты прав насчет связи Пулюжу Цзяня со школой Чистой Луны, но ошибаешься, полагая, что мне без него совсем уж не обойтись. Чистая Луна выстоит и без него, а вот ему без Чистой Луны нелегко придется. Поэтому-то не столько Пулюжу Цзянь нужен Чистой Луне, сколько Чистая Луна нужна Пулюжу Цзяню. Шэнь Цяо доверял суждениям Янь Уши во всем, что касалось государственных дел, однако сие не означало, что он во всем с ним соглашался. Прежде даос сочувствовал устремлениям Юйвэнь Юна, считая его способным положить конец междоусобицам и объединить Поднебесную. В этом его убедило личное знакомство с Юйвэнь Юном, которого глава Янь знал как мудрого правителя с высокими устремлениями. И хотя с подданными тот порой бывал слишком суров, но зато проявил себя многознающим и благоразумным государем, сведущим как в управлении страной, так и в ведении войны. Бесконечные распри на севере его трудами прекратились, и народ смог наконец спокойно вздохнуть и набраться сил. Объединив под своей властью северные земли, Юйвэнь Юн не собирался останавливаться на достигнутом и надеялся постепенно покончить со смутой, терзавшей Поднебесную последние несколько столетий. Увы, никому не дано знать, когда над головой сгустятся тучи. Просвещенному Юйвэнь Юну не повезло с сыном – тот вырос беспутным ничтожеством. Янь Уши же держал нос по ветру и быстрее прочих понял, к чему все идет. В мгновение ока он бросил Юйвэнь Сяня, на которого когда-то возлагал надежды, и спелся с Пулюжу Цзянем. Но мог ли он быть уверен, что Пулюжу Цзянь – и вправду будущий просвещенный государь? Неужели Янь Уши не допускал мысли, что гогун Суй может оказаться честолюбцем, жадным лишь до власти и славы, от которого в конце концов окажется больше вреда, чем пользы? На лице Шэнь Цяо отразилось недоумение: он не вполне понимал ход мысли Янь Уши. Уловив его сомнения, Янь Уши неторопливо заговорил: — А-Цяо, у тебя на все есть свое мнение. Как бы я ни распинался, мне тебя не убедить, ведь ты с ним почти не знаком. Скажу лишь, что Пулюжу Цзянь обладает теми же достоинствами, что Юйвэнь Сянь, но лишен его недостатков: человек он смелый и волевой, а в сердце его живут великие устремления, которых Юйвэнь Сяню так не хватало. Циский князь в свое время не решился созвать войска и поднять восстание – и весь его род погиб. Пулюжу Цзянь же не из тех, кто станет покорно ждать смерти. Сейчас ему грозит беда, и если я протяну ему руку помощи, то в будущем Чистая Луна немало приобретет. А еще важнее… Он выразительно умолк. Шэнь Цяо подумал, что глава Янь собирается назвать какую-то весьма весомую причину, о которой прежде не упоминал, и отложил книгу, обратившись в слух. — …то, что он раздражает меня куда меньше всех остальных! – размеренно изрек Янь Уши. Не выдержав, Шэнь Цяо пристально поглядел на него. Глава Янь улыбнулся: — Мне кажется, тебе не следует так сверлить людей взглядом – а если уж так хочется, так и быть, смотри на меня одного: а то другие, чего доброго, могут неправильно тебя понять. И с каких пор Янь Уши взял за правило поддразнивать его без остановки? Шэнь Цяо задумался, припоминая. Когда он был слеп и страдал от тяжких ран, Янь Уши нарочно повсюду таскал его с собой, а речи вел слишком уж любезные и панибратские – все ради того, чтобы у посторонних сложилось превратное впечатление: дескать, бывший чжанцзяо школы Сюаньду сделался игрушкой главы Чистой Луны. Однако теперь Янь Уши на людях держался строго в рамках приличий, а вот наедине позволял себе и куда более легкомысленные шуточки, и задушевные разговоры. Поначалу даос не придавал значения сей едва уловимой перемене, но все меньше и меньше мог закрывать на нее глаза. |