Книга Крест за Базарджик, страница 84 – Андрей Булычев

— Прапорщик Гончаров! Господин прапорщик тут ли?! – долетело от подскакавшего к берегу драгуна.

— Здесь! – откликнулся Тимофей.

— Ваше благородие, вестовой Милешин! – Тот вскинул ладонь к каске. – Велено вам передать, чтобы вы в полковой штаб поскорей явились!

— А чего такого случилось? – поинтересовался, убирая скребок со щёткой в сумку, Гончаров.

— Не могу знать, вашбродь. Сказали только, что полковой квартирмейстер вас к себе срочно требует.

— Понял, коли срочно – сейчас буду. Степанович, накидывай потник с вальтрапом, а я седло принесу. – Через десять минут он уже стоял в шатре полкового штаба.

— Так, Гончаров, через полчаса я отъезжаю для снятия местности с южной стороны крепости, – пояснил майор Зорин. – Приказ из главного квартирмейстерства армии. Будешь со своим взводом сопровождать, думаю, твоих фланкёров для такого дела достаточно будет.

— Слушаюсь вас сопровождать, господин майор. – Тимофей козырнул. – Прибыть сюда, к шатру?

— Нет, зачем. Нечего тут толчею устраивать, ждите у южного выезда.

Как и было приказано, уже через двадцать минут фланкёры стояли в походной колонне за рогатками лагеря. Майор выехал за караульный пост с молоденьким юнкером и махнул рукой Тимофею.

— Первое отделение – передовым дозором за полсотни шагов! – скомандовал Тимофей. – Второе идёт замыкающим на таком же расстоянии! Блохин, твоё следует в центре! Ружья из бушматов долой! Марш!

Проследовав по пыльной полевой дороге и обойдя большим крюком осадные редуты, Зорин с юнкером поехали по возвышенной, заросшей кустарником и деревьями южной стороне. Периодически в зарослях натыкались на пикеты егерей и казачьи разъезды. Сплошной осадной линии здесь не было, и приходилось сторожиться. Не раз уже в этих местах случались сшибки и перестрелки с разъездами турок. Пару раз даже перехватывали выходившие из крепости их фуражирские партии. Сегодня тут было спокойно, только с крепости нет-нет и постреливали из ружей да бахали пушки. Квартирмейстер, мурлыкая про себя мотив какой-то песенки, перерисовывал что-то в толстый журнал. От нечего делать Тимофей тоже достал свою полевую сумку и, раскрыв её, как мог и как понимал, начал переносить местность на лист бумаги. Увлёкшись, он и не заметил, как к нему подъехал со спины майор.

— А ну-ка, что тут у тебя? – Зорин кивнул на раскрытую планшетку. – Да покажи-покажи, чего там начиркал?

Гончаров снял с плеча полевую сумку и протянул её майору.

— Та-ак, интересно, – пробормотал тот озадаченно. – А это что за круги? А-а, как я понимаю, так высоты пометил, – ответил он сам себе же. – Ну а тут тогда вокруг них лес, что ли, начиркан? А здесь почему столько штрихов наложил?

— Да я так кустарник пометил, – пожав плечами, ответил Тимофей.

— А здесь у оврага вообще всё сплошь зачиркано, – заметил Зорин. – Погуще, что ли?

— Так точно, господин майор. Там ведь совсем кусты непроходимые, нам ещё пришлось их кругом объезжать.

— Верно, – согласился майор. – Смотри-ка, а ты умелый, и, главное, чётко всё тут, ровненько. Занимался, что ли, таким ранее?

— Да так, на Кавказе немного.

— Ну да, у тебя и в послужном формулярном списке пометка есть, что к рисованию и к начертанию способен, – заметил квартирмейстер. – Продолжай, Гончаров, я гляжу, ты способен в топографии, эдак можешь быть и полезен.