Книга Исповедь дьявола, страница 220 – Софи Баунт

Макс все-таки крупный парень: с мышцами и отличной спортивной подготовкой. Ему рукой взмахнуть – и я отлечу, как воздушный шарик. Нужно успокоить его словами. Заставить отдать папку добровольно. Не знаю зачем, но уверена, что ничего хорошего не выйдет из затеи передать ее тому, к кому Макс собрался ее нести. С уверенностью можно сказать, что он искал не любые улики, а вполне конкретную. Над ним кто-то стоит и дергает за ниточки.

Когда мы останавливаемся у окна, и я собираюсь вытащить из бывшего максимальное количество информации, Макс вдруг заявляет:

— Не сейчас, Эми.

Он вырывается из моих рук и резво уходит, спускается на первый этаж.

Твою мать!

Что он собирается делать с этой папкой? Надо догнать его и все выяснить – причем не только о папке, но и о том, кто рассказал ему о «Затмении».

Когда я прибегаю на первый этаж, Макса и след простыл. Я толкаюсь, просачиваясь сквозь танцующую толпу, оглядываюсь, но не вижу его. Еще и какой-то парень отвлекает меня, подхватывая на руки. Он в стельку пьяный, от него разит пивом, и я кричу, чтобы этот идиот отпустил меня, однако парень огромный, как горилла, да и соображает туго.

— Слышь, ты, огурчик Копатыча!

Перед нами материализуется именинник. Дремотный хватает громоздкого парня, который прижимает меня к себе, за фиолетовый воротник рубашки, – хотя этот шкаф больше моего друга в два раза.

— В каком смысле? – не догоняет громила.

— В том, который тебе не понравится, – рявкает Дремотный. – Отпусти ее!

Видя разъяренного именинника, непрошеный кавалер отпускает меня и направляется за новой порцией выпивки.

Он еще не до такой степени напился, чтобы драться с хозяевами дома.

— Ты в порядке? – волнуется Руслан, обхватывая мои предплечья и заглядывая в глаза.

Воздух в зале пропитан фруктовыми ароматами кальянов, особенно мятой и смородиной. На весь дом грохочет одна из песен группы «Ленинград». Не самая пристойная. Сначала я задумываюсь, возмущено ли подобными текстами старшее поколение, которое отмечает в столовой, но потом вижу, что половина этого поколения прыгает с молодежью по залу в лучах светодиодных огней.

— Спасибо, что заступился, – смущенно улыбаюсь я Руслану. – Не знаешь, где Макс?

— Эм, нет, но тут его точно нет. И во дворе тоже. Я вот вернулся оттуда. Может, в туалете? Зачем он тебе?

Я целую недоумевающего Дремотного в щеку и убегаю в ванную комнату, надеясь обнаружить в ней Макса. Увы. Только какой-то студент, которому стало плохо, выползает из туалета с хриплыми стонами умирающего тролля и оставляет меня одну. Я обессиленно упираюсь ладонями в раковину.

— Проклятье…

Куда же Макс пропал? Прыгнул в свою машину и уехал?

Я звоню ему. Как и ожидалось, безрезультатно. Не берет трубку. Да и что я ему скажу? Как объяснить, что ему нельзя преследовать убийц отца?

Однако я должна что-то предпринять.

Макс не понимает, с чем имеет дело, а когда поймет… будет поздно.

Вздохнув, я поправляю растрепанные русые волосы у зеркала и задумываюсь, не поехать ли к Максу домой, в надежде его там застать.

Когда я уже собираюсь уходить, – в отражении зеркала, помимо меня, возникает та, кого я никак не ожидала увидеть – блондинка, которую я мечтаю придушить.

О. Мой. Бог…

— Мариам?!

Я оборачиваюсь и задом прижимаюсь к раковине. Помощница Лео в упор смотрит мне в глаза. И начинает приближаться, отчего мне не по себе. Шаг. Еще один. Наша грудь (ее шикарная и моя пародийная) в тридцати сантиметрах друг от друга.