Книга Мы сегодня не умрем, приходи завтра, страница 163 – Саммер Холланд

— Хитрый хуй взял убежище у Руфуса Олдриджа, – объясняю я.

— У старика? Тогда какого хера ты здесь?

— Такого, что бодаться голыми руками с ружьем не моя специализация.

— Что за дерьмо, Феликс? Руфуса смерть поссать отпустила, а ты дроби в жопе испугался? Ладно, тогда мы сейчас сами…

— Не пыхти, – вдруг спокойно, но отчетливо произносит Кило. – К Руфусу я и сам не сунусь. Нам не по рангу.

— То есть мы сейчас просто отпустим ублюдка?!

— Уже отпустили, – пожимает плечами Кило. – Расходимся, пока копы не вспомнили, что тут тоже можно поискать.

Малик тяжело дышит, бросая на меня злобные взгляды, но в конце концов кивает.

— Я его все равно найду, гаденыша. Расходимся. Феликс… Перемирие окончено.

И по тому, как он это выплевывает, я понимаю: Роб был чертовски прав.

Коттингли Тауэрс, 17-й этаж

Феликса нет. Ни записки, ни даже следа – я просто просыпаюсь в чужой спальне оттого, что ключ повернулся в двери. Сначала кожа покрывается злыми кусачими мурашками: из окна тянет прохладой, а я раздетая. Выбираюсь из постели, закутавшись в одеяло, и нахожу разбросанную на полу одежду.

Нужно вернуться домой. Сегодня день стирки, и, если я его пропущу, бабушка не будет рада. А когда не рада она, моя жизнь и вовсе превращается в ад. К тому же я здорово заспалась – часы на стене показывают восемь.

Стоп! Я точно слышала, как закрылась входная дверь. Может, это вернулся Феликс? Надеюсь, что именно он: встречаться с его мамой в такой обстановке совсем не хочется. Что она обо мне подумает?!

На всякий случай одеваюсь и даже собираю волосы сзади, прежде чем выйти в гостиную. Мысленно успеваю помолиться, но, видимо, это нужно делать чаще, чтобы работало.

— Лили? – спрашивает из кухни женский голос. – Это ты?

Что ж, мое имя мама Феликса знает. Это ведь… она? Не кто-то из бывших девушек, кто привык по утрам заходить на кофе?

— Д-да… – неловко отвечаю я.

В дверном проеме показывается невысокая худая женщина с проседью в волосах, которые закручены в локоны. У нее губы такие же, как у Феликса, но это единственное, в чем они похожи.

— Здравствуйте, миссис Ниббс, – умирая от стыда, киваю я. – Извините, я сейчас ухожу.

— Зови меня просто Палома, не надо никаких «миссис», – улыбается она. – Кофе будешь?

Я с трудом растягиваю губы в ответной вежливой улыбке. Хуже ситуации не придумаешь.

— Нет, спасибо. Мне пора.

— Необязательно от меня убегать, – подмигивает она. – К тому же я обещала Феликсу, что не отпущу тебя без завтрака.

— Мне неудобно, миссис Ниббс.

— Палома, – с нажимом повторяет она. – И в этом нет ничего такого, я даже рада с тобой познакомиться.

Кажется, сбежать не удастся. Наверное, моя улыбка становится совсем кривой: Палома издает смешок и качает головой.

— Не бойся, я тоже волнуюсь. У меня такое в первый раз.

— Тогда… – сама не верю, что говорю это. – Выпьем кофе?

— Правильный ответ. Свежая зубная щетка на раковине, а я пока приготовлю нам сэндвичи.

Прибитая к земле ощущением только что случившейся катастрофы, я ухожу в ванную, чтобы умыться и действительно почистить зубы. Мама Феликса не просто знает обо мне, а даже была в курсе, что я здесь ночевала. Он ей рассказал? Зачем?

Черт, забыла спросить, где он сам – от шока из головы вылетели все нужные мысли. Но если они где-то встретились, значит, он не так давно ушел, да? Почему тогда не разбудил меня?