Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 111 – Виолетта Весна

Радан рассмеялся почти ласково.

— Как трогательно. Жаль, что поздно. У вас десять минут, чтобы решить, хотите ли вы идти дальше по проходу. Там есть шанс найти то, что от них осталось. Или выйти отсюда живыми и начать торговаться взросло.

Связь оборвалась.

Динамик щелкнул и умер.

Несколько секунд никто не говорил.

Потом Рыбин тихо сказал:

— Если он предлагает идти в проход, значит, там ловушка.

— Или след, — ответил Назаров.

Арсен посмотрел на меня.

— Варвара, мне нужна твоя схема. Не эмоция, не интуиция. Схема.

Я разложила планшет на ящике, заставляя руки не дрожать. Старая карта, показания Рябинина, пунктир к насосной, неучтенный лаз. Если проход уходит вниз, он мог вести не сразу наружу, а к обслуживающему коллектору под учебным блоком. В показаниях пожарного было: «Через низкий ход вышли к бетонной лестнице возле класса тренировки связи». Значит, там была лестница. А лестница могла дать второй выход.

— Если проход настоящий, он идет под блоком к классу связи, — сказала я. — Но если Радан знал, что мы пойдем сюда, он мог заминировать не сам лаз, а выход. Ему нужно, чтобы мы либо погибли, либо потеряли время. Дверь назад закрыта, связь глушат. Значит, он направляет нас вперед. Но при этом он еще хочет флешку. Значит, убивать всех сейчас ему невыгодно. Скорее всего, он хочет взять кого-то живым или заставить нас застрять до прибытия его людей.

Арсен слушал внимательно, не перебивая.

— Значит, назад открыть дверь, — сказал он.

— Если сможете, да. Если нет, идти вперед, но не по центру прохода. В старых ходах после пожара могли остаться боковые ниши. В деле писали, что пожарные вытаскивали людей через учебный класс связи. Там могли быть старые кабельные шахты. Если найти кабель, можно вывести хотя бы короткий сигнал наружу.

Рыбин посмотрел на меня с изумлением.

— Вы юрист?

— К сожалению для некоторых, внимательный.

Назаров уже разбирал панель у двери. Рыбин помогал ему, пытаясь отключить фиксатор. Арсен присел у входа в лаз, фонарем осматривая пол.

— Здесь есть растяжка, — сказал он.

Все замерли.

Он показал тонкую леску у самого порога, почти невидимую на фоне мокрого бетона. Леска уходила к металлическому ящику справа.

— Не взрывчатка, — сказал Рыбин после короткого осмотра. — Похоже на светошумовую или газовую шашку. Если бы вошли быстро, получили бы удар и потеряли ориентацию.

— Значит, Варя была права, — сказал Назаров. — Им нужны живые.

Арсен не ответил, но посмотрел на меня.

В этот раз я выдержала взгляд.

Пусть видит.

Пусть знает: я здесь не потому, что не понимаю риска. Я здесь потому, что слишком долго жила в мире, где меня считали человеком, которому достаточно знать результат.

Назаров с Рыбиным сумели отключить фиксатор через восемь минут.

Дверь в коридор открылась с тяжелым металлическим щелчком.

Связь вернулась не сразу, но рация Назарова наконец ожила хрипом.

— …группа два… ответьте… Назаров, прием…

— Назаров на связи, — сказал он. — Нас заперли в насосной три. Обнаружена ловушка в нижнем проходе, голосовой контакт с Раданом через старую громкую связь, требовал носитель. Нужна фиксация и блокировка всех выходов из учебного блока.

Рация захлебнулась командами.

Арсен повернулся к проходу вниз.

— Туда сейчас пойдет техническая группа. Не мы.