Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 109 – Виолетта Весна

— Подождите, — сказала я. — Здесь что-то висело.

Рыбин посветил.

— Камера или датчик.

— В деле Рябинина была жалоба, что после пожара пропала запись с учебного блока, потому что камеры якобы демонтировали за неделю до происшествия. Но если крепления здесь, значит, камера могла стоять именно в насосной.

Арсен провел пальцем рядом с отверстиями, не касаясь.

— Проводка свежая?

Рыбин наклонился.

— Не новая, но и не советская. Кто-то после закрытия объекта ставил временную камеру. Смотрите, кабель уходит за трубу.

Мы проследили кабель до небольшого металлического короба у стены. Короб был пуст.

— Носитель сняли, — сказал Назаров.

— Или перенесли, — добавила я. — Если Лев был здесь, камера могла записать, кто их привел. Поэтому они сняли блок.

Арсен резко посмотрел на проход.

— Или поэтому оставили нам след сюда. Чтобы мы нашли пустую насосную и пошли дальше.

В этот момент за спиной громко захлопнулась дверь.

Та самая, через которую мы вошли из коридора.

Звук ударил по помещению так, что у меня на секунду заложило уши.

Назаров рванул обратно, дернул ручку.

— Закрыто.

Рыбин выругался и бросился к панели рядом.

— Замок старый, но снаружи поставлен электромагнитный фиксатор. Он был неактивен, когда мы входили.

Арсен уже стоял между мной и дверью. Не заслоняя полностью, но так, чтобы в случае удара принять его первым.

— Связь, — сказал он.

Назаров попробовал рацию.

Только шипение.

— Глушат локально.

Рыбин проверил свой прибор, лицо у него стало белым.

— Сигнал лег полностью. Даже маяк не выходит.

Я заставила себя вдохнуть медленно.

Раз.

Еще раз.

Паниковать нельзя. Не сейчас. Не в помещении, где нас только что закрыли, а впереди темный лаз, по которому могли увести Таисию и Льва.

— Это ловушка, — сказала я.

Арсен повернулся ко мне.

— Да.

— Но не просто чтобы задержать. Если бы хотели только задержать, закрыли бы раньше, у входа. Они дали нам дойти до насосной.

— Чтобы мы нашли место звонка Льва.

— И поняли, что опоздали. А потом пошли в лаз.

Рыбин посмотрел на проход вниз.

— Там может быть все что угодно. Обвал, газ, люди.

— Или выход, — сказал Назаров. — Если дверь не откроем, другого варианта нет.

И тут в старой системе громкой связи, которую я до этого даже не заметила под потолком, раздался щелчок.

Сначала помехи.

Потом голос.

Мягкий, почти усталый, вежливый до отвращения.

— Арсен Викторович, вы всегда плохо выбирали, кем рисковать.

Радан.

Даже без лица, через старый динамик, с хрипом помех, он был узнаваем. Не только голосом. Интонацией. Той самой спокойной уверенностью человека, который заранее поставил фигуры и теперь наблюдает, как они двигаются.

Арсен не поднял головы к динамику. Он смотрел прямо на дверь, будто видел Радана за ней.

— Где ребенок, Кирилл?

В динамике послышался тихий смешок.

— Вы все еще начинаете не с того вопроса. Ребенок был бы в безопасности, если бы вы не решили, что можете играть против своих. Но нет, вы привели сюда бывшую жену, адвоката, внешнего техника, старых верных псов… Очень драматично. Правда, неэффективно.

Я сделала шаг вперед, но Арсен слегка поднял руку. Не приказом. Предупреждением: осторожно.

Я все равно заговорила.

— Если вы хотели напугать меня, Кирилл Андреевич, выбрали плохую комнату. Здесь слишком пахнет вашими ошибками.