Книга После развода. Бывший работает на меня, страница 2 – Виолетта Весна

— Сколько денег на счетах? — спросила я.

— На утро семь миллионов двести. Зарплата задержана на двенадцать дней, до полного погашения нужно девятнадцать с половиной миллионов. Налоговые платежи проведены. Поставщики требуют предоплату. «Меридиан» ждет первую приемку двадцать шестого сентября.

— Акт сверки с банком?

— В папке. Семьдесят восемь миллионов основного долга. Нарушение ковенанта даст им право потребовать всю сумму досрочно.

— Они уже знают о задержке контракта?

— Знают, что есть риск. О реле пока нет.

Я закрыла договор.

— Что именно с реле?

Соколов посмотрел на часы.

— Через двадцать минут техническое совещание. Пусть главный инженер объяснит сам.

— Вы знали о проблеме до моего назначения?

— В общих чертах. Вчера вечером пришел отчет службы качества. Температура выше нормы после длительной нагрузки, одна установка отключилась на стенде. Серийный масштаб неизвестен.

— Отгрузку остановили?

— Не было решения директора.

— А прежний директор?

— Освобожден в пятницу. Вы согласились выйти в понедельник.

Мне захотелось спросить, почему служба качества не имела права остановить опасную партию сама. Вместо этого я открыла папку и нашла положение о контроле. Право было. Формулировка стояла в пункте 4.7: руководитель службы качества приостанавливает передачу продукции до решения технической комиссии. Ни подписи, ни номера распоряжения рядом не было.

— Кто возглавляет качество?

— Лариса Полякова.

— Пригласите ее на совещание.

— Она уже в списке.

— Хорошо. Тогда начнем на десять минут раньше.

Соколов оценил меня коротким взглядом, собрал бумаги и вышел звонить помощнику. Я осталась одна. Мебель заменили, но окно по-прежнему выходило на сборочный корпус. Раньше я приходила сюда с расчетами и выбирала, какую часть неприятной правды директор способен услышать за одно совещание.

Теперь неприятную правду должны были приносить мне.

Я открыла отчет качества. Испытание шло семь часов сорок минут вместо нормативных двенадцати. Температура корпуса реле превысила допустимую на одиннадцать градусов. После четвертого срабатывания защита отключила шкаф управления. В примечании было указано: «Проверить партию компонента КР-17 нового поставщика».

Ни количества установленных реле, ни номера партии в отчете не было.

Конференц-зал заполнился за пять минут. Начальники подразделений садились привычными группами: производство ближе к двери, финансы у экрана, закупки рядом с прежним директорским местом. Я узнавала половину лиц. Кто-то здоровался сдержанно, кто-то слишком бодро. Нина Фролова, бывший мастер второй смены, теперь носила бейдж начальника сборочного производства. Она кивнула мне и положила на стол потрепанный блокнот.

Михаил вошел последним вместе с начальником ремонтной службы.

Я видела его в июне на выпускном вечере Асиного класса и за неделю до этого у стоматологии, куда мы привезли дочь после неудачного падения с велосипеда. Мы умели находиться рядом, обсуждать врача, экзамены, деньги на поездку и расписание каникул. Но в переговорной «Арктона» он был не отцом Аси и не мужчиной, с которым я прожила четырнадцать лет.

Он был главным инженером, чья служба не остановила отгрузку после аварийного отключения.

Михаил сел напротив. Седины у висков стало больше, чем весной. На стол он положил планшет и папку с журналом испытаний.