Книга Ненужная жена генерала. Семейный штаб закрыт, страница 44 – Виолетта Весна

Он посмотрел прямо на меня. В комнате никто не делал вид, что спор только технический. Он снова видел опасность и требовал возможности действовать, а мне предстояло отвечать за последствия.

— Предлагаю перерыв десять минут, — сказал Сомов с экрана. — Стороны проверяют расчеты и приносят формулировку, а не повторяют позиции.

Тимофей вышел со специалистом связи. Зуев остался с Владиславом. Я открыла таблицу нагрузки в соседней переговорной и проверила три сценария. Увеличение до ста пятидесяти было возможно, если сократить обратные звонки или добавить третью смену операторов. Первое нарушало подтверждение, второе требовало людей, которых в графике не было.

Я добавила условие: руководитель АНО может временно поднять предел после письменного подтверждения дополнительного ресурса. Это сохраняло решение за нами и позволяло расширение.

Через десять минут Владислав вернулся с Зуевым.

— Мы посмотрели учения, — сказал он. — При ста двадцати вы действительно использовали резерв. Одностороннюю остановку оставляем, но статус должен быть виден общей системе. Добавьте порядок пересмотра лимита каждые два часа.

Я показала свой вариант.

— Подтверждение дополнительного ресурса и решение руководителя АНО.

— Согласен.

— Без права ведомственного центра назначить новый предел.

— Да.

Зуев внес формулировку. Мы проверили цифры и согласовали способ изменить предел без чужого приказа.

К семи вечера осталось пять замечаний, ни одно не касалось полномочий. Сомов отключился, юрист управления ушел согласовывать режим хранения данных. Тимофей вызвался закончить схему утром и уехал последним автобусом.

— Ты тоже можешь ехать, — сказала я Зуеву. — Я перечитаю раздел АНО и пришлю правки до десяти.

— Владислав Михайлович просил закрыть документ сегодня.

— Я просил закрыть согласование ведомственного раздела, — отозвался Владислав. — Время сотрудников АНО определяет их руководитель.

Зуев помолчал.

— Тогда до десяти. В одиннадцать отдам юристу.

Он собрал бумаги и ушел. Мы с Владиславом остались в зале вдвоем. За стеклом дежурили операторы, поэтому уединения в полном смысле не было. Я сохранила последнюю версию и закрыла ноутбук.

— Почему ты приехал сам? — спросила я. — Зуев мог согласовать раздел.

— Пункт об остановке приема влияет на действия управления. Я должен был принять ограничение или обосновать возражение.

— Ты сначала попытался снять ограничение.

— Да.

— А потом проверил цифры.

— После того как Сомов остановил бесполезный спор.

— Значит, не совсем новая версия тебя.

— Новую версию я не обещал.

Он говорил без обиды. Я убрала зарядное устройство в сумку.

— Спасибо, что не стал давить после проверки.

— Это звучит как благодарность за минимально нормальное поведение.

— Так и есть.

— Тогда рано благодарить.

Мы вышли из зала. В коридоре горела половина светильников, дежурный режим экономил электричество. У лифта Владислав спросил:

— Ты ела после обеда?

— Нет.

— Я тоже. Можно предложить ужин или это будет скрытое свидание?

— Будет. Мы договорились не использовать рабочие встречи.

— Понял.

Лифт приехал. Внутри мы стояли у разных стен. Отражение Владислава в металлической панели выглядело старше, чем на сцене в день открытия. Наверное, мое тоже.

На первом этаже он пропустил меня вперед и не коснулся локтя, хотя раньше всегда придерживал на ступеньке. Отсутствие привычного жеста я заметила сильнее, чем заметила бы сам жест.