Книга Жена, которой не было в документах, страница 17 – Виолетта Весна

Не потому, что соглашалась.

Потому что хотела увидеть все, чем он собирался ее стереть.

— Я заберу это.

— Разумно.

— И покажу адвокату.

Он коротко кивнул.

— Я ожидал.

— Уверена. Ты вообще много всего ожидал.

Она направилась к двери.

— Таисия.

Она остановилась, но не обернулась.

— Что?

— Я правда не хочу войны.

Таисия медленно повернулась.

Гордей стоял у стола, за которым решил судьбу их дома, детей, ее прошлого и будущего.

Красивый.

Сильный.

Уверенный настолько, что даже сейчас принимал собственное давление за миролюбие.

— Тогда не надо было начинать ее без меня, — сказала она. Его лицо снова стало закрытым.

— После развода ты будешь обеспечена.

— После развода я буду матерью своих детей.

И женщиной, которая помнит, где началась твоя компания.

Он посмотрел на нее холодно.

— Не заставляй меня доказывать, что память — это не право.

Таисия открыла дверь.

На пороге она все-таки обернулась.

— А ты не заставляй меня доказывать, что я была не мебелью в твоем доме.

Она вышла.

В коридоре было светло и тихо.

Слишком тихо для дома, в котором только что началась война.

Таисия прижала папку к груди и вдруг поняла, что руки у нее не дрожат.

Совсем.

На лестнице послышались быстрые шаги.

Марта спускалась вниз с рюкзаком за плечом. Увидела мать с папкой, остановилась на середине лестницы.

— Что это?

Таисия посмотрела на дочь.

Еще вчера она, возможно, спрятала бы папку за спину.

Сказала бы: «Ничего, взрослые бумаги».

Улыбнулась бы.

Защитила бы ребенка от правды так, как ее саму только что пытались защитить от ее собственной жизни.

Но теперь она знала: ложь не защищает.

Ложь просто заранее выбирает, кому потом будет больнее.

— Документы, — сказала она.

Марта напряглась.

— Вы разводитесь? Вопрос прозвучал слишком прямо. Значит, она уже знала. Не полностью, но достаточно.

Таисия поднялась к ней на несколько ступеней.

— Папа хочет развода.

Марта побледнела.

— А ты?

Таисия не сразу ответила.

Потому что в этом «а ты?» было все: страх, надежда, обвинение, просьба не ломать мир.

— А я хочу, чтобы нас с тобой и Савелием никто не делил как вещи.

Марта моргнула.

— Папа так не делает.

— Я очень надеюсь, что он вспомнит, как не делать так.

— Ты опять говоришь про него плохо.

— Я говорю осторожно.

— Нет, ты хочешь, чтобы я была против него.

— Нет. Я хочу, чтобы ты не была против себя. Дочь не поняла. Или поняла, но испугалась. Внизу появился водитель.

— Марта Гордеевна, машина готова.

Марта быстро отвернулась.

— Я опаздываю.

Она сбежала по лестнице мимо Таисии, почти задев плечом.

Таисия не остановила ее.

Иногда нельзя удерживать ребенка руками, если хочешь, чтобы он однажды вернулся сам.

Дверь хлопнула внизу.

Из кабинета вышел Гордей.

Они встретились взглядами через холл.

Он слышал.

Конечно, слышал.

— Не надо говорить с ней в таком ключе, — сказал он.

Таисия посмотрела на него спокойно.

— Тогда в следующий раз скажи ей правду первым. Не удобную версию.

Он спустился на несколько ступеней.

— Я сказал ей достаточно для ее возраста.

— Ты сказал ей достаточно для своей позиции.

— Таисия, не воюй через детей.

Она усмехнулась.

— Забавно. Это звучит почти как фраза из твоего ходатайства.

— Какого ходатайства?

Он спросил слишком быстро.

И опять выдал себя.

Таисия сжала папку крепче.