Книга Развод с драконом. Невеста без права на крылья, страница 89 – Виолетта Весна

— Они заперты!

— Именно поэтому надо не превратить освобождение в давку.

Мейра рассмеялась.

— Бумажный мужчина прав. Открывать надо с именами. Иначе свобода тоже станет шумом.

Арина посмотрела на нее.

— Вы можете назвать их?

— Некоторых. Остальных назовут сами.

Сестра Калия шагнула к выходу.

— Я не позволю устроить бунт.

Ливия перегородила ей путь.

— Поздно.

Калия выпрямилась.

— Я имею власть в этом доме.

— Над замками, — сказала Арина.

— Не над именами.

Она подняла левую руку.

Серебряные ветви вспыхнули до плеча, но на этот раз не болью. Свет был теплым. Странно мягким. Он отозвался за дверями, под полом, в стенах, где годами висели защитные печати.

— Мейра Осс, — произнесла Арина.

Старуха выпрямилась на кровати.

— Здесь.

Серебряная печать на двери комнаты 12 треснула.

Не дверь.

Печать.

Замок щелкнул изнутри.

Калия ахнула.

Мейра поднялась.

Неуверенно, тяжело, но сама. Ливия бросилась помочь, но старуха подняла руку.

— Сама. Тридцать лет лежала достаточно.

Она сделала первый шаг.

Потом второй.

Арина видела, как ей больно. Видела, что ноги почти не держат. Но видела и другое: Мейра Осс выходила не как пациентка. Как свидетельница.

В коридоре стояли служительницы. Некоторые испуганные. Некоторые плачущие. Одна прижимала ладонь ко рту и смотрела на двери так, будто сама впервые поняла, что закрывала не комнаты.

Из соседней двери донесся голос:

— Кто там?

Мейра повернула голову.

— Сана Вельт. Ты еще помнишь себя?

За дверью всхлипнули.

— Я… я Сана.

Арина повторила:

— Сана Вельт.

Печать на двери дрогнула.

Не открылась полностью, но замок ослаб.

Тарвик быстро нашел у Калии журнал палат, вырвал его почти без разрешения и открыл.

— Комната 11. Сана Вельт. Статус: речевые нарушения после брачного шока. Род…

— Не читай их диагнозы, бумажный, — сказала Мейра.

— Читай имена.

Тарвик замолчал.

Потом кивнул.

— Сана Вельт.

Щелк.

Дверь 11 открылась.

За ней стояла женщина лет сорока, седая наполовину, с широкими испуганными глазами. Она не вышла сразу. Только смотрела на коридор, будто он был небом, которое ей снова предложили после долгого подвала.

Ливия тихо сказала:

— Не торопитесь.

Сана заплакала.

Следующая дверь.

— Талия Морн.

Щелк.

— Иветта Ро.

Щелк.

— Норена Сайс.

Щелк.

Не все двери открылись сразу. Некоторые печати сопротивлялись. У некоторых женщин след был едва живой. У некоторых, возможно, не было эхо-крови — их держали здесь по другим причинам, но это не делало двери менее закрытыми. Арина поняла: они не смогут освободить всех за один час и одним именем. Настоящее освобождение потребует врачей, юристов, семей, расследований, защиты. Но первый замок уже не был вечным.

Сестра Калия стояла у стены.

Лицо ее осунулось.

— Вы не знаете, что делаете.

Мейра посмотрела на нее.

— Мы открываем окна.

— Они не выживут снаружи.

— Некоторые, может, и нет.

Но это не дает вам права хоронить нас живыми.

Тарвик подошел к Калии.

— Дом тихой опеки теперь будет находиться под временной архивно-канцелярской описью до прибытия королевского наблюдателя.

Калия подняла брови.

— Вы не имеете такой власти.

— Возможно.

Но у меня есть достаточно документов, чтобы все вокруг испугались, пока выясняют, имею ли.

Ливия пробормотала:

— Надо запомнить.

Арина вернулась к Мейре.

Старуха устала. Это было видно по тому, как подрагивали ее губы, как она держалась за стену. Но глаза горели.