Книга Глаза нефритового дракона, страница 21 – Анна Боронина

— Может быть, хотя бы на полставки? – Лина сложила руки на груди: хотелось обнять себя за плечи, но это она сделает, когда останется наедине с собой. И поплачет всласть тоже.

Просить не хотелось, но она уже видела понимающую и очень сочувственную улыбку матери: «Я же тебе говорила, не переживай, я всё утрою».

Лина сжала кулаки, прогоняя тяжёлые мысли, задвигая их в дальний уголок сознания до того момента, когда сможет остаться одна и не сохранять нейтральное выражение лица.

— Простите, Лина. – Тарас Вадимович неловко похлопал её по плечу. – Я бы с радостью, но сами понимаете, вопросы финансирования.

Лина кивнула:

— Это моя мать?

— Ваша мать? – переспросил Тарас Вадимович, хмурясь. – Ах нет, боюсь, что это был вот он.

Тарас Вадимович указал на приближающегося Виктора.

— Что? – выдохнула Лина. – Он? Но как? Какое отношение?..

— Он в попечительском совете нашей мастерской, – понизив голос, шепнул Тарас Вадимович. – Финансирование в том числе. Вы должны знать, что он известный меценат. Простите, Лина. И извините, если этим я испортил вам вечер.

Он ещё раз похлопал её по плечу и слишком поспешно оставил одну посреди оживлённой толпы.

Лина стояла, всё так же сложив руки на груди, глядя на Виктора, на то, как уверенно он идёт к ней. Казалось, что люди расступаются, но почему-то сейчас это вызывало не любопытство или восхищение, а тревогу.

Он был ей чужим, но его просьба написать портрет и его знаки внимания… Неужели её мать права и она совсем не разбирается в людях?

Лина вспомнила чувство страха и неловкости, которое всегда возникало рядом с Виктором. И как она при всём этом легко села в его машину, пустила в мастерскую и согласилась на ужин.

— Всё в порядке? – Виктор приблизился слишком быстро, гораздо быстрее, чем она смогла придумать что-то существенное, что позволило бы ей уйти.

— Д-да. – Она кивнула, безотчётно отодвигаясь и замечая, как он едва нахмурился, когда она сделала маленький шаг в сторону, едва не столкнувшись с фотографом, увлечённо запечатлевающим один из экспонатов – веер династии Мин – теперь уже без вспышки.

Она помогала подбирать цвета для восстановления росписи с изящными пионами на этом веере. Ей всегда нравилось восстанавливать живопись. Сейчас под выставочным светом краски были яркими и живыми, и Лине казалось, что вокруг веера плывёт золотистое сияние.

Она моргнула, переводя взгляд на Виктора, тот вглядывался в её лицо с лёгкой тревогой.

— Кажется, вам нехорошо?

— Да, – Лина кивнула и, не зная, что ещё сказать, поторопилась к выходу. – Мне надо на свежий воздух. Здесь слишком душно.

Ей действительно было нехорошо. Она поверила в искренний интерес человека, пусть чужого, рассказала ему о своих тревогах, а он сделал то единственное, что могло нарушить все её планы.

Лина прикрыла глаза и оступилась, едва не шагнув мимо ступеньки, в последний момент ухватившись за перила. Уверенные руки поддержали её, и она вдохнула порывисто, чувствуя, как бешено колотится сердце.

— Лина… – начал было Виктор, но она отстранилась, осторожно, словно он был диким зверем и мог наброситься.

— Скажите, Виктор, – она откашлялась, чтобы голос не звучал так хрипло, – вы правда рекомендовали Тарасу Вадимовичу сотрудника в его команду?

Виктор нахмурился, будто просчитывая или вспоминая что-то, и кивнул: