Онлайн книга «Кикимору вызывали?»
|
Во время долгого приветственного ужина Изабель толком и не разговаривала со своим женихом, отвлеченная более сговорчивыми и жаждущими ее непосредственного участия людьми и делами. Принц, впрочем, не возражал: сидел вполоборота, глядел на нее из-под длинных ресниц, лениво улыбаясь, и никак особенно не реагировал на происходящее. На прощание он прошептал несколько нежных поэтических строк по-франконски, из которых Изабель разобрала только часть слов, и поцеловал ее руку. От его взгляда у девушки мурашки пробежали по спине. Оказавшись наконец в кровати после этого бесконечно-долгого и такого полного впечатлениями дня, Изабель обняла подушку, зарывшись в нее лицом, и запищала тихонько от избытка чувств. * * * Хесус Сан-Монтес, облаченный в полное и парадное епископское одеяние, извлек из сундука Библию в серебряном с драгоценными камнями переплете и торжественно возложил ее на переносной алтарь. Что было делать – храм не вмещал всех желающих, поэтому обручение решено было провести на ступенях собора, чтобы все жители города могли убедиться в том, что дофин Франконии связал себя нерушимыми узами с инфантой Гишпании. Саму брачную церемонию проведут на родине дофина, в присутствии короля, ну а обручение пройдет здесь, на родине невесты. И плевать всем на давно подписанные договоры – только благословение Божие сделает инфанту невестой франконского принца в глазах народа. Епископ Овьедо был очень счастлив тем, что именно ему доверили проведение церемонии, поэтому не спешил и тщательно совершал каждое действие. Изабель в строгом жемчужного цвета платье и с накинутой поверх волос белоснежной мантильей несколько нервно переминалась на ступенях храма. Людовик в шитом золотом ярко-синем костюме еще более нервно и нетерпеливо переступал с ноги на ногу на другой стороне тех же ступеней. — Подойдите ближе, дети мои, – мягкий, обволакивающий голос священнослужителя отражался от стен церкви, окутывал маленькую площадь, так что, казалось – он исходит отовсюду, и даже с небес. Двое подошли ближе к переносному алтарю и встали бок о бок, положив ладони на Священное писание. — Людовик. Обещаешь ли ты перед лицом Господа и перед людьми, стоящими здесь сейчас, взять эту женщину в жены, любить ее, заботиться и беречь пуще глаза своего? — Обещаю, – произнес дофин по-гишпански с различимым франконским акцентом. Принцесса почувствовала, далеко не в первый раз за день, как все ее внутренности дрожат и трепещут, словно внутри нее поселился целый рой пчел. — Изабелла. Обещаешь ли ты перед лицом Господа и перед людьми, стоящими здесь сейчас, выйти замуж за этого мужчину, любить его и заботиться о нем, будто о самой себе? — Обещаю, – произнесла инфанта не дрогнувшим голосом. — Теперь вы двое обручены. Поздравляю, – добавил епископ с улыбкой, подавая жениху блюдце с освященными в алтаре перстнями. Дофин взял тяжелое кольцо с крупным изумрудом и надел его на руку невесты. Она в свою очередь взяла печатку с небольшим камушком в углу и надела ее жениху. — Можете поцеловать невесту! – радостно объявил епископ. Он-то знал, что этот поцелуй, по сути, закрепит брак в глазах гишпанцев. Людовик осторожно склонился к замершей невесте и легко-легко коснулся губами ее губ. Изабель стояла неподвижно, однако ее губы дрогнули, принимая поцелуй, и жених не удержался – нежно погладил их языком, обещая… |