Онлайн книга «Царь Скорбь»
|
В сказках А. А. Милна о Винни-Пухе заглавный герой, плюшевый медвежонок, столкнувшись с необходимостью всерьез поразмыслить, имел обыкновение уединяться в так называемом «Задумчивом Месте». У Гвен такое имелось тоже: ей Задумчивым Местом служила библиотека Брукса – высокие каменные залы и витражные окна, тишина и покой, запах книг… Всякий раз, переступая ее порог, Гвен от всего сердца радовалась сиянию настольных ламп под стеклянными абажурами и потертым, исцарапанным ореховым столам. Библиотека неизменно напоминала ей об Артуре: живое воплощение тишины и покоя, он словно бы не знал счастья превыше книги восемнадцатого столетия с расслоившимися, побуревшими краями обрезанных вручную страниц, раскрытой перед ним на столе. От одной мысли о том, что его заставляли обворовывать любимое место, Гвен становилось больно. Такой близости к Артуру, как в библиотеке, она не чувствовала больше нигде и беседовать с ним здесь могла, не боясь укоризненного шиканья: ведь все разговоры велись лишь в ее голове. Первые снежинки кружили в воздухе, точно белые лепестки роз, осыпающие новобрачных. Путь Гвен лежал мимо почти достроенной стеклянной коробки нового компьютерного центра. За стеклом, на стеклянных, словно парящих над полом столах, ждали своего часа ряды мониторов – ни дать ни взять фаланга слепых обсидиановых зеркал! Еще месяц-другой, и его торжественно откроют для студентов с преподавателями, и Колин собственноручно перережет красную ленточку… а Гвен все еще не сказала ему, как ненавидит эту постройку вроде магазина «Эппл», будто случайно затесавшуюся среди зданий восемнадцатого столетия с узкими бойницами окон. Старинные здания казались созданными для размышлений, для чтения и учебы, а стеклянная гробница компьютерного центра, отгроханного Колином, неизменно напоминала Гвен банку с букашками да паучками в руках какого-нибудь смекалистого мальчишки. Оставив будущее позади, в сгущавшихся сумерках, она вошла в библиотеку Брукса. Здесь прошлое обступало ее со всех сторон, теснилось рядом, ближе ближайшего книжного стеллажа. Усевшись за длинный стол в западном зале, она раскрыла ноутбук и подумала, что кажется остальным не столько студенткой, сколько профессором, явившимся поработать над личными исследованиями. Ну да, чего стоит один широкий мазок седины в ее пепельно-каштановых волосах – словно годы с маху прошлись кистью вдоль челки, от макушки до лба… Вздохнув, Гвен начала перебирать одно за другим имена из Реестра Врагов, вычеркнутые их компанией за минувшие годы. Полковник из «Боко харам»[270], отправлявший детей, закованных в пояса смертника, к армейским блок-постам и на людные рынки… Индийский судья, наксалит-маоист[271], похищавший чиновников с семьями и приговаривавший их к медленной смерти на острых кольях… Все эти люди внушали неописуемое отвращение. Казалось, даже читая о них, пачкаешься в чем-то мерзком – оттого Гвен и не хотелось слишком внимательно изучать выбранные Колином кандидатуры. Почувствовав, что больше не выдержит, она устроила перерыв, чтоб еще разок повидаться с Артуром. Нет, не с тем Артуром, которого носила в голове, – с другим, хранившимся на жестком диске ноутбука. Надев наушники, Гвен запустила то самое видео, присланное Колином вместо подарка на Рождество в год гибели Артура. Два клика, и вот на экране он, Артур, а за его спиной – давний, невообразимо теплый октябрьский вечер. |