Книга Царь Скорбь, страница 359 – Джо Хилл

— Ты нам тут жалобных песен не пой, – оборвал его Артур. – Музыки с нас сегодня хватит.

Свангур повел их широким, будто проезжая дорога, коридором с наклонным сводом. Внизу имелись какие-то источники света, мерцающего, зеленоватого, словно лучи солнца, пронизывающие неглубокую воду где-нибудь в тропиках. Спускаясь к новому подземелью, Колин явственно чувствовал, как учащается его пульс, как трепещут вены на запястьях и в горле.

Стоило им подойти к самому входу, у Колина закружилась голова. На миг ему показалось, будто проем ведет прямиком в ночь, будто там, впереди, – необъятное бархатно-черное небо, усеянное множеством фантасмагорических голубоватых звезд, слагающихся в незнакомые созвездия. Однако еще миг спустя в глазах у него прояснилось, и он понял, что «звездное небо» – всего-навсего камень, обрызганный каким-то фосфоресцирующим веществом.

— Что это? – спросил он.

— По-моему, светляки, хотя о светляках, обитающих в Англии, я, признаться, не слышал.

С потолка величавого, словно собор, сводчатого подземелья с плеском падали капли воды; пол, как в зверином логове, устилали россыпи изгрызенных, грязных костей. Луч фонаря в руке Колина выхватил из темноты лошадиный череп, грудную клетку, берцовые кости, ключицы, зубы. Кости, кости, кости, груды костей высотой по колено… однако среди них белел старенький – наверняка еще из сороковых годов прошлого века – холодильник, распахнутый настежь и битком набитый журналами. Большая часть оказалась порнографическими, но на одной из полок Колин разглядел также стопку оружейных журналов, лежавших особняком. Еще в подземелье имелось несколько сломанных телевизоров, канцелярское кресло, заляпанный спекшейся кровью матрас и надувная секс-кукла – сдувшаяся от усердного пользования, покрытая коркой чего-то белого вроде морской пены. А еще трусы – великое множество женских трусов, разбросанных там и сям, свисающих с костей, трусов всевозможных фасонов, от узеньких лиловых творений «Викториаз Сикрет»^[256] до пышных, пожелтевших от времени бабушкиных панталон двухвековой давности. Похоже, большую их часть хозяин подземелья изжевал до дыр в области паха.

— Да это же хлам! Дрянь сплошная! – воскликнул Колин. – А я-то думал, тут… ну, скажем, золотые монеты грудами…

— У каждого свои сокровища, – пожав плечами, ответил Артур и бросил суровый взгляд в сторону Пальчика. – Меч. Давай сюда меч.

— Даже не знаю, куда мы могли его деть, – пробормотал Пальчик.

Артур переключил «Кри Хай-тровер» на максимальную яркость, и Пальчик заверещал, хотя луч фонаря светил совсем в другую сторону.

— Там! – взвизгнул он. – Там, в нашей кунссск-камммер-ре!

Направленный в глубину подземелья луч Артурова фонаря озарил что-то вроде приподнятого над полом ящика из белого камня. Усеянную призрачными огоньками светляков крышку ящика украшал резной кельтский крест.

«Гробница», – сообразил Колин.

Все трое побрели к белокаменному саркофагу по колено в костях.

— Неужели это он всех их поубивал? – спросил Колин.

— Нет. Это жертвы чумы. Ну а гробница, по всей вероятности, принадлежит тому, кто мог позволить себе стильное погребение. Рыцарю или жене какого-то лорда. А костей Свангур, наверное, натащил сюда для пущего уюта. Для красоты.

К гробнице вели несколько скользких каменных ступеней. Колин и Артур взошли на возвышение, а тролль задержался сзади, на полпути.