Книга Царь Скорбь, страница 360 – Джо Хилл

Артур направил луч фонаря ему под ноги.

— Стой там, Пальчик. До сих пор ты вел себя хорошо – гляди, не испорти все в последний момент. Колин?..

Колин взялся за край каменной крышки. Артур, подхватив крышку с другой стороны, взглянул на него поверх саркофага.

— Что, если это новая западня? – усомнился Колин. – Что, если внутри полно… ну, не знаю… каких-нибудь сколопендр, пожирающих душу?

Артур обвел пальцем резной кельтский крест и отрицательно покачал головой:

— Нет, такой штуки им не вынести. Никак не вынести, если этот крест хоть что-нибудь значит. Давай. Раз, два, взяли!

Оба напрягли мускулы. Камень заскрежетал о камень. Как только крышка приподнялась, из гробницы повеяло… на удивление нежной, травянистой свежестью, будто Колин с Артуром отворили дверцу к цветущему лугу прохладным весенним утром.

Меч в свободных шелковых ножнах, настолько белых, чистых, что Колину показалось, будто они светятся сами собой, завораживал, притягивал взгляд. Лежал он на дне гранитного саркофага, поверх аккуратно сложенной коричневой с серым рясы, сплетенной из человеческих волос. На каменном выступе в головах гробницы стояла простенькая склянка, заткнутая пробкой и запечатанная воском цвета ванильной глазури.

Однако Колин никак не мог отвести глаз от меча. Рукоять его представляла собой еще один крест, крест матового золота, а при виде безукоризненной чистоты, великолепия шелка Колин невольно устыдился собственных грязных рук.

— Вот сейчас все и выясним, – сказал он. – Сейчас и проверим, вправду ли этот меч сможет вынуть из ножен только достойный, добродетельный человек.

— Или, другими словами, сейчас мы проверим, вправду ли я – человек достойный, – поправил его Артур.

— О-о, Артур! У меня лично в этом нет и никогда не было ни малейших сомнений. Если уж кто и старается жить достойно, так это ты.

Артур с внезапной улыбкой нежно стиснул его плечо.

— Хотелось бы мне соответствовать мнению друзей хоть наполовину, – пробормотал он и снова заглянул в гроб. – Ладно. Сам-то я точно знаю, для чего он мне, и, может быть, этого хватит. Понимаешь, он судит не по прошлым делам – по намерениям. По замыслам на будущее. Будем надеяться, мои намерения его удовлетворят. Ну а если нет… если нет, значит, мы проделали долгий путь, рисковали жизнью, как говорится, без гроша за душой.

Нагнувшись, Артур потянулся к рукояти меча. Если на свободных шелковых ножнах и имелись какие-то чары, Колин ничего странного не заметил. Блестящий как зеркало клинок выскользнул из футляра с негромким звоном, словно кто-то легонько провел пальцем по трубке китайского колокольчика. Во мраке подземелья, среди множества загадочных огоньков, меч вспыхнул потусторонним водянисто-зеленым светом, и Артур, шумно переведя дух, слегка обмяк, опустил плечи.

— Ох, Колин, – выдохнул он, – я думал, он воспротивится. Но стоило только прикоснуться к нему… такое чувство, будто весь мир сказал «да». Как первый поцелуй…

Глаза Артура сияли не хуже Меча-на-Чудесной-Перевязи в его руках.

— Можно взглянуть? – попросил Колин.

— Конечно, – ответил Артур и протянул ему меч рукоятью вперед.

Стоило Колину взяться за рукоять, суставы и даже зубы отозвались мерзкой болезненной дрожью – примерно то же самое чувствуешь, жуя лист фольги или лизнув батарейку. Отторжение сродни электрической встряске…