Книга Полное собрание рассказов, страница 43 – Майкл Коннелли

— Кирпичная стена, — сказал Босх.

Пальцем Райдер указала на одинаковые кирпичи на каждой фотографии. На них были либо сколы, либо потертости, что делало их уникальными. Было очевидно, что обе актрисы позировали у одной и той же кирпичной стены.

— А теперь посмотри, — сказала она.

Она перевернула фотографии, и под списком титров оказалось имя фотографа. Имена были разными, но за каждым именем следовало соответствующее место съемки. Студия "Голливуд и Вайн".

— Значит, одну и ту же студию используют разные фотографы, — сказал Босх.

Он размышлял вслух, пытаясь перейти к следующему шагу.

— А ты просматривала другие файлы, где есть снимки? — спросил он.

— Нет, я только что обнаружила эту связь.

— Отличная работа.

Босх быстро вернулся к стопке файлов, и вскоре они уже вытаскивали фотографии со снимками из папок, где они их находили.

— Каждой актрисе в городе нужны снимки, — сказала Райдер, работая. — Это как смерть и налоги. Идешь по Голливудскому бульвару, а на каждом фонарном столбе висят объявления о найме фотографов.

Через пять минут у них было шесть снимков мертвых актрис с фотографиями от шести разных фотографов, но все из студии "Голливуд и Вайн". Фотография Лизбет Грейсон, которую Босх позаимствовал у наставника по актерскому мастерству, была одной из шести.

Босх разложил шесть снимков рядом и уставился на них.

— Может, это просто совпадение? — спросила Райдер. Может, студия "Голливуд и Вайн" — это место, которое используют все фотографы?

— Может быть, — сказал Босх, продолжая смотреть на фотографии.

— Думаю, мы могли бы проверить, где.

— Минуточку, — взволнованно сказал Босх.

Он взял в руки одну из фотографий и внимательно ее рассмотрел. Это был снимок актрисы по имени Марни Фокс. Предположительно она покончила с собой из-за передозировки шесть недель назад. Он кивнул и положил фотографию на место. Затем он перешел к досье Грейсон.

— Что? — спросила Райдер.

Из папки он достал одну из фотографий Лизбет Грейсон в состоянии смерти и положил ее рядом со снимком Марни Фокс. Теперь настала очередь Босха.

— Что ты видишь одинакового? — спросил он.

Райдер придвинулась, чтобы внимательно рассмотреть фотографии, лежащие рядом. Она быстро ответила.

— Кулон. На них обеих один и тот же кулон.

— А что, если они не дубликаты? — спросил Босх. — Что, если на них один и тот же кулон? Бриллиантовый кулон, который убийца снимает с одной жертвы, а затем надевает на следующую. А с той жертвы он берет ее жемчужное ожерелье и надевает его.

— На следующую жертву, — закончил Райдер.

Босх начал складывать папки в стопку, которую можно было нести.

— Что дальше? — спросил Райдер. — Студия "Голливуд и Вайн"?

— Ты правильно поняла.

— Я иду с тобой.

Босх посмотрел на нее.

— Ты уверена? Тебе нужно получить разрешение?

— Я назову это долгим обедом.

По дороге Райдер составила список имен фотографов и передала его Босху. Приехав в Голливуд, они припарковались на стоянке у театра Генри Фонда, и Босх нашел телефон-автомат, чтобы позвонить Джерри Эдгару. Он ввел его в курс дела, и его партнер, похоже, был недоволен тем, что он работает над делом с аналитиком, но Босх напомнил Эдгару, что его не интересовала догадка Босха о Лизбет Грейсон. Эдгар, как следует поколебавшись, сказал, что встретится с ними в студии "Голливуд и Вайн".