Онлайн книга «Шпионская леска»
|
Хоффман вытащил из заднего кармана бумажник и стал отсчитывать австрийские купюры. Протянув мне обещанные три тысячи шиллингов, он достал из другого отделения бумажника бланк квитанции — такие бланки можно купить в любом магазине оргтехники — и сказал: — Пожалуйста, распишитесь в получении денег. Я поставил подпись. — А сами вы не будете завтра на аукционе? — Увы, нет. Сегодня вечером я уезжаю в Мюнхен. — Он внимательно посмотрел на квитанцию, убедился, что моя подпись достаточно разборчива, и убрал бумажку обратно. — Я уже говорил, что вам надо прийти пораньше: сядете в первом ряду, чтобы никто, кроме аукциониста, не видел, сколько вы предлагаете. Марка будет в ваших руках через пять минут после покупки. Оплата наличными избавит вас от необходимости называть свое имя. — Мы еще увидимся? — Едва ли. — Вы собираетесь сказать мне еще что-то? — Нет. Я уже выполнил свою миссию. Отныне вами будет заниматься барон Штайгер. — Хоффман собрал вилкой остатки размазанного по тарелке крема и с блаженной улыбкой отправил сладкую массу в рот. — Вы так и не выпили чай… — Еще не успел, — отозвался я. Он встал из-за стола, щелкнул каблуками и направился к выходу. Я заметил, что удовольствие оплачивать счет Хоффман предоставил мне — очевидно, стоимость чая с пирожными входила в те три тысячи, которые он мне выдал… Прихватив оставленный мне Хоффманом каталог, я вышел на террасу, с которой открывался вид на реку Зальцах. Я надеялся, что холодный ветер от воды отобьет у прочих постояльцев желание гулять по террасе и я смогу побыть наедине с собой. Я раскрыл каталог: описание лота № 584 было помещено в разделе «Deutsches Reich Flugpost — Zeppelinbelege»[11]. Далее следовал текст, исполненный сухим канцелярским языком. Я выяснил, что мне надлежит приобрести конверт, отправленный в 1930 г. из Парагвая на дирижабле «Граф Цеппелин». За прошедшие со дня его отправки десятилетия конверт успел стать филателистической редкостью, и я должен теперь, от лица некоего пожелавшего остаться в тени коллекционера, заплатить за него тысячу австрийских шиллингов. На цветной вкладке № 4 была помещена фотография лота № 584. Это был довольно хорошо сохранившийся конверт бледно-голубого цвета с несколькими цветными штемпелями и марками, адресованный некоему герру Дэвису, проживавшему в Бремене. Я бы ни за что не отдал за такую бумаженцию тысячу шиллингов… Закрыв каталог, я смотрел на другой берег реки, на крепость Гогензальцбург, столь величественную, что мне показалось, будто она занимает чуть ли не половину горизонта. Вдруг стеклянные двери распахнулись, и на террасу вышел какой-то господин. Сперва он не обратил на меня никакого внимания, подошел к металлической балюстраде балкона и посмотрел вниз — высоко ли падать, если что… Потом он повернулся ко мне вполоборота, устремив взор на Гогензальцбург, и я смог хорошенько разглядеть его. Это был один из тех американцев, которые сидели в буфете. В короткой охотничьей куртке цвета хаки с большими карманами и кучей ремешков и петель, имевших скорее декоративный вид. Его волосы с проседью были аккуратно подстрижены, макушку венчала модная кепка. Он подошел ко мне и с ходу, без предисловий начал: — Знаете, вчера я побывал в доме, где родился Моцарт. Это одно из самых ярких впечатлений от Зальцбурга… Да не только от Зальцбурга! — Американец не умел притворяться, и я понял, что все его восторги наиграны. — Гетрайдегассе, 9. Вы не были там? |