Онлайн книга «Шпионская леска»
|
Хоффман перестал улыбаться и с серьезным видом отделил вилкой кусочек ром-бабы… — О, шеф-кондитер здесь явно родом из Вены! — произнес он, смакуя пирожное. — А что еще должен делать представитель коллекционера? — поинтересовался я. — Он должен ознакомиться с лотами, на которые будет ставить, убедиться, что среди них нет брака или подделок. — А что, подделки встречаются часто? — Видите ли, на подобных аукционах бывают представлены лоты стоимостью в сотню тысяч долларов США. Согласитесь, эта весьма солидная сумма. За такие деньги можно купить себе дом… — Я понял ваш намек, мистер Хоффман, но неужто организаторы аукциона не могут сами нанять грамотных экспертов? Неужели они сами не могут отличить фальшивую марку от настоящей? — Конечно, могут. Но зачем им это? Организаторы аукциона получают проценты от суммы, заплаченной за лоты. Деньги ведь не пахнут, не так ли? Какая им разница: получить доход от продажи настоящей марки или от продажи подделки? И потом, что они могут сделать? Обвинить клиента в мошенничестве? Не лучше ли разделить барыш? Вы же сами знаете, сколько врагов наживали себе искатели правды, — уверяю вас, организаторы филателистических аукционов не относятся к числу этих несчастных романтиков и идеалистов. — Хоффман прервал свой монолог и принялся за пирожное. Из-за соседнего столика поднялась группа посетителей, судя по одежде и произношению, американцы. Янки направились к выходу. — Вас послушать, так здесь одни жулики собрались, — заметил я. — К счастью, это не так. Не совсем так. Я знаю нескольких дилеров, на которых можно положиться. Я мог бы доверить им свою жизнь. — Хоффман улыбнулся. — А моя жизнь — штука дорогая… Я был удивлен, с каким спокойствием говорит Хоффман о торговле подделками. Очевидно, он не считал это большим грехом. Может быть, он сам связан с изготовителями фальшивых марок? Ведь имел же с ними дело наш отдел… — А что, все эти люди — дилеры? Хоффман обвел взглядом зал. Официантки в форменных черных платьях и накрахмаленных передниках чинно скользили по мраморному полу, разнося на подносах чай и сладости. Клиенты — среди них практически не было представительниц слабого пола, — склонившись над столиками, делали отметки в своих каталогах, время от времени бросая на собеседников заговорщицкие взгляды. Я подумал, что со стороны мы с Хоффманом смотрелись абсолютно так же. — Я знаю почти всех, — сказал Хоффман. — Здесь одни мужчины… — Да, женщины не занимаются посредничеством при покупке марок. Впрочем, и среди коллекционеров едва ли найдешь женщин. Если представительнице слабого пола коллекция достается по наследству, она чаще всего стремится как можно скорее избавиться от нее… — Хоффман решил, что чай достаточно остыл, и сделал глоток. Я взял каталог и стал листать его. — Скажите, а откуда берутся ориентировочные цены? — Не стоит обращать внимания. Это что-то вроде аперитива — возбуждает аппетит… Ориентировочные цены намного ниже той суммы, которую надеется получить аукционист. — Ниже? И намного? — На этот вопрос ответить невозможно. Все зависит от того, кто организует аукцион. Иногда происходят странные вещи. Например, приезжают два агента, имеющие поручение непременно купить лот. — Как вы сказали: непременно купить? — Да. Это значит — купить по любой цене. |