Онлайн книга «Дух Офуми»
|
И всё же перед ней была хрупкая девушка. Вряд ли воровка или грабительница. Самой Модзихару исполнилось двадцать шесть; она была женщиной рослой и крепкой. Даже если бы девица задумала пакость, справиться с ней не составило бы труда. Потому Модзихару и не чувствовала настоящего страха. Но одно дело – не бояться, а другое – терпеть, когда кто-то идет за тобой след в след. Это не давало покоя. Мало-помалу Модзихару начала смекать, что дело здесь вовсе не в карманщице, а в чем-то ином – не в обычном человеке, а в нечистой силе. Не смерть ли это крадется за ней, не лисица ли или барсук в людском обличье? От этой мысли по спине пробежал холод. Модзихару уже не могла больше прикидываться храброй; перебирая четки, она шептала молитву и шла вперед, не поднимая головы. Так она миновала заставу у ворот и, сообразив, что вошла в жилые кварталы Эдо, немного воспрянула духом. Хотя уже зажглись вечерние огни, улицы жили своей жизнью, из домов доносились голоса. Только тут она решилась заговорить со странной попутчицей. Девушка ответила ей тихим, чуть робким голосом: — Да… в Акасака иду… — А куда именно? — В Ура-Тэмматё… Модзихару снова вздрогнула. Казалось бы, радоваться надо: попутчица идет в те же края. Но при таких обстоятельствах радости не было. Наставница лишь сильнее насторожилась: откуда девчонка знает, куда она сама направляется? Оглянувшись, Модзихару спросила: — А в какой именно дом ты идешь? — В винную лавку Цу-но-куния… — А сама ты откуда? — Со стороны Хатиодзи… Модзихару промолчала, но на сердце стало еще тревожнее. Даже из Хатиодзи до Эдо в те времена путь был неблизкий – целое путешествие. А между тем по девушке вовсе не было видно, что она в дороге: ни шляпы, ни узелка с вещами, ни даже соломенных сандалий на ногах. Подол кимоно она не подоткнула, как делают путники, а обута была в простенькие дзори. Девчонка в таком виде идет из Хатиодзи в Эдо – это никак не укладывалось в голове. Но раз уж разговор завязался, просто так броситься прочь было неловко, да и та явно не отстала бы. Пришлось Модзихару продолжать путь, беседуя с подозрительной спутницей. — В Цу-но-кунии у тебя есть знакомые? — Да. Человек, которого я должна увидеть. — Как его зовут? — Девушку по имени О-Юки… О-Юки была любимой дочерью хозяев Цу-но-кунии и брала у Модзихару уроки пения. Услышав это имя, наставница почувствовала настоящий страх. О-Юки исполнилось семнадцать, и она славилась красотой по всей округе. Лавка их была зажиточной, а хозяева ценили искусство, так что для Модзихару такая ученица была гордостью. Теперь же наставнице почудилось, что над девушкой нависла беда. Она принялась расспрашивать уже всерьез: — Ты давно знаешь О-Юки? — Нет, – едва слышно прошептала та. — Ни разу с ней не виделась? — Ни разу. Но с её старшей сестрой встречалась… От этих слов Модзихару окончательно похолодела. Старшая сестра О-Юки, О-Киё, умерла десять лет назад, сгорев от какой-то внезапной болезни. Как могла эта девчонка знать покойную? — Значит, О-Киё была тебе подругой? Девушка промолчала. — А как тебя зовут? Но та лишь опустила голову и не проронила ни слова. Пока шел этот разговор, совсем стемнело. В лавках вспыхнули огни, на летних помостах зазвенел смех. Но Модзихару не покидало чувство, будто ей в затылок кто-то смотрит, и подозрение ничуть не рассеивалось. Она украдкой покосилась на спутницу и увидела, что прическа у той растрепалась как-то жалко, а пряди дрожат на бледных щеках. Модзихару тотчас вспомнила привидений с театральных афиш – и ей стало невмоготу. Пусть кругом город и люди, идти рядом с такой особой было выше её сил. |