Книга Капитан вольной ватаги, страница 68 – Дмитрий Шатров

— Новый ППД обмывали?

Пришлось признаться, что нет.

— Сейчас исправим.

Сказал и ринулся исправлять.

Причём каким-то чудом заполучил в союзники Фитца. Их стараниями заурядный ужин превратился в дружескую пирушку, если не сказать в попойку. Нет, я-то практически не пил, помня о завтрашнем рандеву. Димыч поначалу тоже держался, но против Платона он слабоват — ближе к ночи оба накидались прилично.

И тем не менее, в субботу, ровно в девять утра, мы с Менделеевым стояли у ворот Дибичевской резиденции.

Я бодрый, как огурец. Димыч мучимый лёгким похмельем.

* * *

Внутрь нас ожидаемо не пустили, но я не расстроился. Не баре, можем и подождать. Тем более, что расстраиваться придётся хозяину.

К Дибичу заслали гонца из охраны. Я от нечего делать рассматривал бронеход. Мрачный Димыч выписывал нервные круги, нет-нет, бросая обеспокоенный взгляд сквозь решётку ворот. Не знаю, то ли хотел первым графа увидеть, то ли высматривал предмет своего вожделения. Я сейчас про Мари.

Минут через двадцать такого времяпрепровождения, со стороны особняка подкатил большой чёрный джип. Остановился, не доезжая ворот. Из него вылез Дибич. Один. Без девчат. Но и то ладно. Я, если честно, думал он нас будет дольше мурыжить.

— Чему обязан лицезреть вас в столь ранний час, господа? — с насмешкой бросил он вместо приветствия, и сделав охраннику знак, чтобы открыл воротину.

«Ага, типа забыл. Если б забыл, нас бы попросту развернули, как надоедливых попрошаек», — мысленно усмехнулся я и приподнял брови в напускном удивлении: — Ну как же, Ваше Сиятельство, срок пари на исходе, хотелось бы зафиксировать выигрыш.

На самом деле я не тешил себя ложными надеждами насчёт обещанного благоволения. Козни строить не будет — уже хорошо, а с остальным мы и без него разберёмся.

— Выигрышь? — теперь уже графские брови полезли на лоб, с той разницей, что удивление было реальным.

«Эмоциональный окрас» показал недоверие, общее непонимание и нарождающийся гнев. После нашей встречи набриолиненный отхватит по самое не балуй, тут даже к бабке не ходи. Но меня это меньше всего беспокоило. Хотелось быстрее закрыть вопрос с пари и заняться уже своими делами, без оглядки на коменданта.

И тем не менее, приличия соблюсти стоило.

— Безусловно, Ваше Сиятельство. Иначе я не осмелился бы вас беспокоить, — изобразил я учтивость и полез во внутренний карман сюртука. — Условия пари выполнены в полном объёме. Вот. Извольте в том убедиться.

С этими словами протянул ему документ, добытую нами вчера в Управе по делам ватаг и ватажников. Он взял его двумя пальцами. Посмотрел на свет. Пробежал глазами по тексту. Поковырял ногтем печать. После чего, вернув документ, нехотя процедил:

— Силён.

— Что есть, то есть, — скромно улыбнулся я, пряча бумагу в карман.

Больше ничего не сказал. Выдержал паузу. Но и не уходил, тем самым давая понять, что спор надо закончить и слово за графом. Торопить не следовало. Дибич сейчас внутренне напоминал вулкан. Ткнёшь и взорвётся.

Где-то с минуту он пыхтел носорогом, страдающим насморком, наконец, выдавил:

— Признаю поражение. Долг за мной. И всё же надеюсь, что вы не станете злоупотреблять моим добрым к вам отношением.

— Как вы могли подумать такое, граф? — сказал я, вкладывая в интонации целую гамму эмоций. — В мыслях не допускал. Без крайней нужды не побеспокою. Даю честное благородное слово.