Книга Капитан вольной ватаги, страница 67 – Дмитрий Шатров

— Вот и отлично, — тоже кивнул я и добавил уже для клерка. — Остальным в понедельник займёмся. Я заеду, или вот, Дмитрий Иванович.

— Я заеду, — веско бросил Димыч, подарив набриолиненному злобный взгляд. — И напомню, вы обещали принять без очереди.

С этими словами он цапнул со стола так и не понадобившийся второй револьвер и, пыхтя перегретым котлом паровоза вышел за дверь. Платон следом, а я задержался. Наклонился к столу и, активировав «Убеждение», негромко сказал:

— Забудь, что мы приходили. До понедельника. В понедельник вспомни в восемь утра.

Это для Дибича. Чтобы раньше времени не расстраивался. Набриолиненный, конечно, вряд ли побежит докладывать о собственном неподчинении прямому приказу… но чем чёрт не шутит? Поэтому так.

Оставив клерка сидеть со скошенными к носу глазами, я выскочил из кабинета и уже на улице присоединился к товарищам. Димыч всё ещё кипел праведным гневом.

— Штафирка чернильная… мерзавец… подлец… — слышалось его бормотание.

— Да ладно тебе. Всё закончилось. Мы победили, — проговорил я в тщетной попытке его успокоить. — Теперь и Дибича по носу щёлкнем.

— Осталось, чтобы он это признал, — буркнул Димыч, залезая в машину.

— Признает, — хмыкнул я и, усевшись рядом с Трофимом, распорядился: — На базу.

* * *

Заехать стоило, чтобы окончательно закрыть вопрос с пополнением.

Их как минимум надо накормить, разместить, ну или убедиться, что Митрич об этом сам позаботился. Хотя в последнем у меня были сомнения. Нет, так-то старый мужик ответственный и хозяйственный, но у него сейчас забот полон рот, мог тупо забыть.

Впрочем, переживал зря, бойцы Голохвастого оказались и сами с усами. Это выяснилось, едва мы припарковались на пятаке перед гаражами.

База преобразилась до неузнаваемости и уже стала смахивать на всамделишний ППД.

Там, где до этого кустился бурьян, раскинулся настоящий палаточный лагерь. Горел костёр, над костром исходил ароматным парком казанок, над казанком, с поварёшкой в руке колдовал один из бойцов. Очевидно, дежурный по кухне. Второй курсировал вокруг палаток, выполняя функции постового. Остальные же присоединились к моим старичкам и наёмной бригаде в едином трудовом порыве.

— Видал, каких орлов привёл? — не смог не похвалиться Платон, перекрикивая частый перестук топоров.

В ответ я только молча кивнул, соглашаясь.

А что тут скажешь? И вправду орлы. Нет, я конечно ожидал сдвигов — всё-таки тридцать пар лишних рабочих рук — но реальность превзошла самые оптимистичные ожидания.

На сруб, что предназначался для бани, уже ставили третью пару стропил. Первую казарму подняли вкруг до шестого венца. И туалет сколотили на пять посадочных мест. Всё по месту, как и предусматривалось утверждённым генпланом. Единственным нововведением была конструкция, которую прямо сейчас возводили в центре лагеря из досок и брёвен. Это похоже, уже Митрич распорядился, и, в целом, правильно. С появлением воздушного судна причальная башня становилась жизненно-необходимым атрибутом.

В общем, переживал я зря, всё двигалось в нужном направлении и без моего прямого и непосредственного. Но командир должен радеть. Поэтому я ещё пошарахался по базе с часок, вникая в процесс, и только после этого вернулся в «Три Топора» сотоварищи.

Едва переступили порог, Платон тут же задал вопрос: